|
|
SP|Scream
Как юность притягательна для глаз!
Не торопи ступеньки в длинной гамме...
И мне, я помню, молодость клялась,
И – по-английски... мелкими шагами...
Как дезертир с почётного поста...
И нет ей ни суда, ни обвинений…
Так чтоб не показалась жизнь пуста,
Бери побольше страсти и волнений!
В глубинах незапамятной реки
Уже готовы тысячи обличий.
Поосторожней время береги,
Сменяя ожидание добычей,
Живи умом, и сердцем, и душой...
Пусть ангелы хранят твоё дыханье,
Чтоб монитор твой вкупе с анашой
Не стали вдруг опорой мирозданья…
Грядущее неотвратимо «гут»!
Объединяя мелкие детали,
Тепло и свет по жизни повлекут,
По золотой, неизмеримой дали.
На луговых примятых травах
Колдует пьяная роса.
Взяв свистом третею октаву,
Резвятся юные ветра.
Горящим порохом на небе
Расплавлен солнечный восход.
И облака, как будто жребий,
Бросает утро в горизонт.
Скребётся листьями об горку
Ракиты сгорбленная ветвь.
С неё глядит ольшанка зорко
На то, как зазевался червь.
Межой пропахана дорога
Средь луга пузом тракторов.
Лес вдалеке зовёт без срока
Её к себе, под свой покров.
Мир только мнит о пробужденьи,
Открыв июльские глаза,
Но уж несётся из деревни
Гортанный голос пастуха...
Гой ты, Русь, моя вековая,
Взгляд сиротский на три двора.
Хоть и хата моя там с краю,
Но не с краю лежит душа.
Перекину под песнь гитары,
Пару струн, да возьму аккорд.
Я сегодня с тобой гуляю,
Словно мартовский, дикий кот.
Я сегодня с тобой в обнимку,
Твой целуя берёзовый стан –
Русь моя, пропою « Калинку»,
И до осени стану пьян.
Оттого, что кристальный воздух,
В летнем кладезе свеж и чист.
И кружится, сияя в звёздах,
Полнолуния жёлтый лист.
Я сегодня гуляю с жаром,
От заката, до самой зари,
С матерком говоря о главном,
Как все русские мужики.
Гой ты, Русь, моя вековая,
Взгляд сиротский на три двора.
Хоть и хата моя там с краю,
Но не с краю лежит душа.
Что добавить к тому, что я изменился?
Решительно нечего сообщить тебе, Вадик.
Мне уже очень давно не нравится пицца.
Я вряд ли когда-нибудь полюблю Вивальди.
Смена лета на осень, весны на лето,
Замена масла раз в десять тысяч,
Квартира в центре, дочь, это и это.
Это интересует тебя, дружище?
Я люблю жену в связи с тем, что она прекрасна.
Коллекция музыки стала в два раза шире.
В остальном всё по-прежнему, в жизни частной
Не к чему приложиться прочей сатире.
Что же до общих ценностей — это смешно, честно,
В чём-то я навсегда безнадёжен.
Чувак у ларька как две капли похож на Престли
И в стельку. А я — пока трезвый и инакий прохожий —
Беру за тридцать, выпиваю за двадцать,
Гляжу из окна на таких же как я — просто,
И совершенно не перед кем ломаться.
В ломке нет никакого роста.
Вкратце всё. Не поминай меня лихом.
Я приеду когда-нибудь. Ну, или не приеду.
Лучше ты, здесь тоже бывает тихо.
Поцелуй Оксану, привет соседу.
Пролетаю над лунной тропою,
Небо манит палитрою звёзд.
Промелькнул в темноте серый хвост
Друга – волка, что ладит со мною.
Я несусь сквозь пространство и время,
Отдыхая на теплой спине.
В этой ночи, как в терпком вине,
Оставляю печаль и сомненья.
Два глотка – для себя, два – для волка,
Мы танцуем на млечном пути.
И сверкают на серой груди
От разбитых созвездий осколки.
Появилось твоё отраженье
В ярких любящих волчьих глазах.
В унисон бьются наши сердца,
Изменяя небес положенье.
где-то там позади
мое прошлое, хоть
и пусто внутри, – в груди
жмется памятью плоть.
где-то там в колыбелях
уснет моя грусть.
помяни нас обеих –
- каплей боли из уст.
А сирень под окном,
как земля под огнём
на дыбы, словно взрывом поднята,
полыхают кусты,
в них соцветий кресты
в четырёх лепестках режут пятый.
Что в анфас, что с торца
жжёт по воле творца –
белый, красный, сиреневый. Цветом
бьёт в упор наповал,
с тишиной пополам,
не беря за погибель ни цента.
Запах резок и густ,
словно радость и грусть
всеми порами впитаны разом,
и сиреневый дым
холодит, как экстрим,
как чужой и таинственный праздник.
Ты такая ж, любовь,
над соцветьем голов
ты плывёшь одуряющим дымом,
перед тем, как отцвесть,
пятиредкостный крест,
даришь любящим,но не любимым.
Все твои миражи
в обаянии лжи,
растворясь, появляются снова,
а сирени пожар,
этот сладкий кошмар,
одурманит, пожалуй, любого.
Ну и что же, – цвети,
за тоску впереди, –
одурмань, охмури, разрыдайся!
И завянь, отплясав
по полям, по лесам,
и на следующий год повторяйся…
В тусклом золоте багета
Свет во множестве зеркал.
Блики скользкого паркета,
Стол. На скатерти – бокал.
В нём горит зелёный пламень,
Два глотка – бальзам и яд.
Здесь несбыточным желаньем
Созерцающих поят.
* * *
Кумир вчерашний канул в анекдот,
Оставив липкий след на пьедестале,
И пьет запоем кинутый народ –
Его пустые посулы достали.
Под разговоры о «другом пути»
Эпоха перемен ломает кости,
Все идеалы спущены в сортир,
А вместо них – палёной водки вдосталь.
Кумир вчерашний – нынешняя боль.
Как душу не корчуй до самых пяток,
Но сызмальства усвоенный пароль
Не вытравить – ведь слово стало свято.
А, наспех вышибая клином клин,
Недолго достучаться до осколков,
И на отца пойдет с дубиной сын,
И старый друг посмотрит лютым волком.
Кумир вчерашний – притчей на устах,
В столицах и любом углу медвежьем
Частят его в сердцах и в пух и в прах,
Уже лелея нового прилежно.
Хоть подарил Господь давным-давно
Простую мысль всему честному миру:
«Не сотвори себе кумира», но
У нас пока ни шагу без кумира.
Не сотвори себе кумира
в долине идолов,
не сотвори.
Не повтори ошибок мира,
что наспех выдуман,
не повтори.
И в день восьмой над тихой заводью –
всё может быть! –
на глади вод проступит заповедь,
как нужно жить.
«Прости врагу...» – святые прописи! –
святой покой,
но отчего-то не торопишься –
второй щекой,
но отчего-то храм – с бойницами,
с крестом – мечи,
и сонм святых пустыми лицами
молчит, молчит...
Извне пришедший, в Лету канувший –
назначил срок,
и вязкой притчей тянет за душу
седой пророк,
спеша знамением неистовым
упрочить дни...
Наивен слог. Но что не Истина –
в Благой Тени?
К одной двери бесценность мира
пригоршней символов –
не собери.
Не сотвори себе кумира –
каким бы ни был он –
не сотвори.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...780... ...790... ...800... ...810... ...820... 823 824 825 826 827 828 829 830 831 832 833 ...840... ...850... ...860... ...870...
|