|
|
Сумей прощать, как ни было бы трудно,
Безмерно непосилен данный крест.
Где выдержка, когда кричит обида,
Еще чуть-чуть – пустышкой станешь, съест.
Прости врага, урок немилосердный:
Как ты легко по-глупому сражен,
Удачливого, раз остался бедным –
Беспечно-глупым, когда он – умен.
Прости друзей, теряя веру в чудо:
Их рядом нет, в который раз один...
Прости свой путь, где каждый шаг подсуден,
И не смотря на все – вперед иди.
Наощупь, безрассудно – в бездну дали
Сквозь тишь ночную или же пургу.
Прости клинку невозмутимость стали,
Доверенную другу как врагу.
Прости молчанье и слова на срыве:
Сказать их больно, промолчать – больней.
Весь белый свет за красок переливы
Прости – за неизвестность новых дней.
01.06.2004
Ночь как кошка изогнулась
нежно землю обнимая
занавеска
белым облаком взметнулась
дрему в комнаты впуская
за чертою подоконной
здесь и там
внутри снаружи
бликами минуты кружат
бродят
в беспечальном хороводе
это Время колобродит
сны вылавливая чьи-то
что из века в век кочуют
как колоду карт тасует
сны далеких фараонов
пастухов бродяг влюбленных
танцовщиц и менестрелей
или тех бедняг что еле-
еле сны от яви отличают
и качает
и качает
каравеллы снов утешных
с незапамятных столетий
перемешивая мудро
вечер с утром
нескончаемым движеньем
вдруг из лунного скольженья
выткав профиль Нефертити...
..................................
Что ж вы, милая, не спите?
Спите, спите...
Была душой к нему распахнута,
А он не находил слова,
И предложил сыграть с ним в шахматы!
Гроссмейстер!..
Варит голова?
- Я не умею, – отвечаю я,
А он как-будто ждал звонка –
Легла на стол, сбив чашки чайные,
Вся в черных клеточках доска.
Премудрость шахматной теории
Он изложил за пять минут.
И я, наивная, с ним спорила
Как отдают и как берут.
На «е4» пешка белая
Внезапно двинулась в прорыв.
Чуть поудобней пересела я,
Свою фигуру приоткрыв.
Когда всё верно расположено
Позиций даром не сдают.
Я начинала настороженно
Свой первый шахматный дебют.
Поскольку были мы без публики,
То не заметить он не мог
Гамбита с жертвой верхней пуговки
И рокировки стройных ног.
Как он кричал!.. Но мата не было.
А суетился – как в бреду!
Переходить три раза требовал
И сдался на восьмом ходу...
Всякое рождение означает отделение от вселенной, означает ограничение, обособление от Бога, мучительное становление заново. Возвратиться к вселенной, отказаться от мучительной обособленности, стать Богом – это значит так расширить свою душу, чтобы она снова могла объять вселенную.
Герман Гессе «Степной волк»
Der Steppenwolf.
Разбилось мое Я
На сотни тысяч маленьких фигурок,
И не спасет петля
От бесконечных в полнолуние прогулок.
Веди меня, саксофонист,
По коридорам своего театра.
А я станцую старый твист
В объятиях Жан-Поля Сартра.
И пелена времен прошедших
Накроет мое сердце сразу.
Здесь вход открыт для сумасшедших,
А плата за томление – разум.
И глупый торг
В магическом театре неуместен,
Завоет волк
В моей степи под шум американских песен.
И боль в груди
Уже почти невыносима,
Ко мне приди
Моя прекрасная Гермина!
Утешь мой сон,
А я последний выполню приказ,
И в ствол патрон,
А может бритвой все решу за раз.
Я пью бальзам,
И наказание за разум – неизбежно.
По волосам
Погладит меня Моцарт нежно.
САРГЕДОН ЗОЛОТОПЯТОВ
Бочка и головастик
Я сидел и пиво пил на даче
И смотрел, как юркий головастик
Свое тело извивает в бочке.
"Вот же, – думал я, – судьба какая –
Извиваться постоянно в бочке
И любви к красотке не изведать,
Не иметь дублона золотого,
Бочкой очертив все сферы жизни!"
12 июня 2005г.
Поэтом можешь ты не быть,
Но очень можешь слыть,
По жизни величаво плыть,
Превозмогая прыть.
На поколенной глубине,
Пупком задев песок,
Ты сымитируешь вполне
Глубинный марш-бросок.
Играя мышцей, как Ван Дамм,
Вдруг выпрешь из волны
И поразишь окрестных дам
До самой глубины.
Поэты ж в омуте живут
С чертями пополам,
Нырнёшь – забудешь, как зовут,
И – ну их всех, к чертям!
Теряется ночь над постелью
твоею, от тела,
отделавшись, спишь,
подушкой шуршишь,
не членораздельно,
но имя (верно
моё) говорит за тебя
язык, алфавит теребя.
И звуки не спрячешь,
меня обозначишь,
как то, что есть.
Пытаешься сесть,
внезапно проснувшись,
а голос согнувшись,
по связкам излукой
ещё твердит о разлуке
тебя
и
меня.
Россыпь песка золотого по склону –
В холод сквозь жар обжигающий тонут
Ступни мои.
Воздух пыльцу невесомую носит,
Рыжими белками скачут меж сосен
Пятна хвои.
Небо синеет скатеркою чистой,
Бьется лоскутик коры золотистой –
Тонко жужжит.
Сяду и вытянусь... Тень на коленях
В солнечных пятнышках шкуры оленьей
Мелко дрожит.
Сухо кора шелушится о спину –
В шум набежавший лицо запрокину,
Вдох затая,
Стану смотреть, как в глубины Вселенной
С неотвратимым немыслимым креном
Падаю я!
Друзья, отрада и оплот,
Покуда бились мы с судьбою,
Я не щадил за вас живот,
Но вот досталось вам покоя,
Вы обеспечены вполне,
Живёте в холе и достатке
И не нуждаетесь во мне,
Пока дела у вас в порядке.
А я, оставшийся один,
Невольно жду, мечтая грешно, –
Придёт пора лихих годин,
И будем вместе мы, конечно.
Я – капитан вселенских бурь
И в штиль, увы, впадаю в дурь…
 Я зонтик уронила на пол…В прихожей он остался плакать,А мысли бросились царапатьСмущенный столик у кровати.Под каблуки забилось платье…Очнулись страхи и уже –Переминаются в душе.Озябший дом встречал нелестно,Чужим хотел казаться, пресным – Едва тоску скрывал под креслом…Рванулся свет на стены бесом – Казалось, что впервые здесь я.Усталость, что валила с ног – Уселась тучно на порог…Забыв про сон, я вслух читала…«Недолгий дождь умыл кварталы..Акаций запах влился в залу…»Лишен конверт инициалов…А впрочем,… почерк Ваш узнала!
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...810... ...820... ...830... ...840... 846 847 848 849 850 851 852 853 854 855 856 ...860... ...870... ...880... ...890...
|