|
|
I
Орнаментом повитой ночью ткани
Свисают записи пристанищ и вранья.
Все то, что причитается в придачу,
Все то, что не дает забыть свое
И улететь: желание иметь.
Мельчайшее и доброе на свете
(«Мое», – щебечут просыпаясь дети)
Дано нам от рождения сумой.
И даже, если кажемся чужими
Себе. Свет слепит, странно
Звонок сон. Кто знает?
Ведь не зря взращен
Адам из пыли.
II
Над островами тянет запах лета,
Цикады тикают, считая дня минуты,
Потрескавшись от ветра и жары –
Остатки вечности.
Плетется зной за ставни.
Свист трясогуски. Телефон устал.
Свод неподвижен.
Пот расплавит камни.
Лишь небо говорит: «Ты – кровь,
Мой нерожденный след
И подражанье»
«Не надо, небо,
Мне и так хреново»
III
Когда ждала лимита на рожденье,
Я сомневалась как сейчас,
Быть даже больше.
(Все говорили: «Нафига тебе?»)
И подобрав себе из сотен маму,
В жизнь впрыгнула. Ее любила До –
Десятилетия, а может эры.
Мне так хотелось вылезти, сказав:
«Привет, узнала?»
Но, к сожалению, она
Не слышала.
IV
На дереве качается листок,
В него завернут кокон, ждет рассвета.
За ним охотится сорока, ей кормить
Детей. И лету не всегда гостить
Здесь. И в этот час, коль есть Он –
Думает ли вдруг, чье нерожденье
Больше?
V
Мне отвернуться – все вернется вспять
Вновь разбегутся горы и озера,
И мамонты проснутся ото льда
И птицы, что размером с дюны,
Размахом крыльев закрывают свет.
В зрачок сжимаясь кружится
Земля к желанию,
Что изначально было:
Иметь.
Как сына.
Будто кто-то кружку кипятку
Опрокинул в душу – растечется...
Мне сейчас, как в книжке седоку, –
Без башки, по прериям
Неймется.
Голова –
Давно без головы,
Не на месте что-то, спотыкаюсь...
Ты права – мы оба не правы,
Каюсь ли?
Да нет, пока не каюсь.
Время лечит, если время есть.
Это точка?
Точка?...
Да, похоже,
Маета одна, – ни встать, ни сесть.
Может быть..
Спроси!
Быть может? Может!
Наше утро – в маленькой стране.
Наши вопли скомканы устами...
Не топи,
Прошу, меня в вине.
Ты – всё сможешь.
Мы – теперь краями.
***
Заплатили мне за щедрость –
Расставаньем, безответом.
За талант я рассчиталась
Скукой дней и бездорожьем.
Мы любили так тревожно,
Верили не без страховки –
Заплатили мне за трусость
Ветром, ветром молчаливым.
И осталось взять котомку,
Оторвать последний волос,
Что прирос к желанью счастья,
Да отправиться за горы
Собирать в корзинку небо.
Постыла постель? Стели
Кому-нибудь
Другому.
На выбор!...
Что, душно душе?
Терпи!
Где твой журнал?
Я выбыл.
С «концами» к концу земли,
Я легкий гусар.
Манатки –
Не стоят того,
Верни –
"Люблю"
Из моей тетрадки.
Всё – мусор?
Какая блажь!
Сплошное
Раз-
очарованье.
Ну что ж, напоследок вмажь
Какой растакой
И званье...
Свобода скушна,
поверь.
Как сердце,- спокойно бьется?
Ну хочешь,
Купи себе дверь –
Пусть счастие в дом
плетется.
Купи что-нибудь
Сейчас,
Вернее не вызвать радость.
Ты – супер теперь,
Ты – класс!
Глуши,
И муру, и гадость,
В душе,
До очередной...
Сарафан и коса по пояс,
Образ женщины:
Слабой,
Доверчивой...
"Сильной будь!»
Все твердят.
Беспокоюсь...
Может я –
Не для этого дня?
Срочно
Имидж
Менять
Косы прочь.
Без жалости
Ножницами,
Их
Откромсать,
Джинсы
Вместо
Сарафана,
Руки в карманы,
И гулять!
Нет
Тишине!!
Тишину
Долой!
Набатом
Музыка
Бьёт
Над Землей!
Слёзы
Всего лишь
Капли дождя.
Я шагаю!
Я сильная!
Видишь?
только… это уже не Я....
Ручки, ножки, огуречик
Нарисован человечек.
Нарисован – будет жить,
Песни петь, да водку пить.
Днями – будет он работать,
В домино играть с охотой.
С кем-то будет он дружить,
А кому и морду бить.
Будет часто он влюбляться,
Обниматься, целоваться.
Строить дом. Детей растить,
Жёнку милую любить.
Будет ездить на рыбалку,
Заведёт себе собаку,
Дачу с мраморным камином,
В банке счёт, гараж, машину.
Книг прочтёт.. десятков пять,
Смотришь, сам начнёт писать.
Прослывёт забавным малым
Может лишь – слегка усталым.
Так умчатся в никуда
Его долгие года….
Ластик.. листик .. тёплый вечер
Стёрт из жизни человечек…
Готов он выпрыгнуть из кожи
Прозрачной, гладкой как шифон.
Он матерится как сапожник,
Но вовсе не сапожник он.
В полуразрушенное зданье
Он входит, будто в тёмный грот.
Живут здесь тайны мирозданья
Как непарнокопытный скот.
И он, конечно, понимает –
Их разгадать дано не всем.
Он кормит их, порой ласкает
И тем богат, и счастлив тем...
Ты знаешь – кличка не годится
Тебе, красавице гнедой.
Ты – лошадь с именем царицы
Великой, грозной и шальной.
Но каждый день под гнётом сбруи,
Земли коснувшись головой,
Ты замираешь, негодуя,
Перед глазеющей толпой.
Кружишь ты в танце принуждённом,
Подпруги давят как тиски,
А сердце в теле измождённом
Едва не рвётся на куски...
В глаза глядишь нам без опаски
И подаяния не ждёшь.
Не признаёшь фальшивой ласки
И подлинной не признаёшь.
Конюшни русской драгоценность,
Дворец в степи – твоё жильё.
Спасибо, милая, за щедрость
И за терпение твоё...
Вы словно мегарская чаша
Искритесь соблазна вином.
С ним лёгкость и молодость ваша,
Одним опьяняет глотком.
Вы новый шедевр Рафаэля.
Петрарки, живой идеал.
Всей низости мира не веря,
Вас гений восторга создал.
Целуйте меня, опьяняйте,
Не мыслите о мелочах.
Безмолствуя мне наливайте,
Сок страсти на алых губах.
Пока вы не выпиты бренно
Годами житейских невзгод.
Любите, (пусть молодость тленна),
Ведь память о ней не умрёт.
Ветер. Ветер. Он насквозь пробирает,
Гнет деревья, с корнем их вырывает.
И как будто что-то страшное знает,
Скрипом-хрипом песнь свою напевает.
Тучи темные летят над водою.
Дождь по озеру метет бородою.
И качает головою седою
Тот старик, став далекой горою.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...610... ...620... ...630... ...640... 644 645 646 647 648 649 650 651 652 653 654 ...660... ...670... ...680... ...690... ...700... ...750... ...800... ...850...
|