|
|
И печаль свою, и горе,
Словно в ясном женском взоре,
Забывал в тебе я, море...
Сожгите меня и развейте мой прах
В весенних полях, на лугах и горах.
Хочу я смешаться с окрестной землёю,
Хочу возрасти я зелёной травою,
Хочу распуститься я маковым цветом,
И ярко алеть, и весны быть приветом!
Горсть праха раскиньте в весенних садах,
В тенистых аллейках, в укромных местах,
Где лавки за пышной листвою стоят
И тайны влюблённых лукаво хранят.
Хочу я стать веткой пахучей сирени,
Скрываться от взоров в таинственной тени.
Пусть пара влюблённых сюда забредёт,
Скамейку увидит, ко мне подойдёт…
От пары влюблённых не буду таиться,
Для пары влюблённых сумею открыться!..
Пусть юноша пылкий ту ветку найдёт,
Меня, не жалея, пускай он сорвёт!
Пусть он ароматом сирени упьётся,
Губами с любимой пускай он сольётся!
Пусть сядут…
Любимая тоже пусть в веточку ткнётся –
Пускай захмелеет, пускай улыбнётся!..
А веточку склонит к себе на колени –
Я их расцелую цветами сирени!
При жизни любил я с любимыми знаться,
И после смерти – хочу целоваться!
Дайте мне рот,
Я изогну его гвоздем
Перед самим собой
В лихом восторге,
Глаза найдите,
Да хотя бы в морге,
Чтоб лишь в меня глядели
Ледяным огнем,
И буду счастлив
Ночью я,
И вечером,
И днем.
Не кури!
- Не кури на речке, ясно?-
Папа учит сына-
Рыба вся огнеопасна:
Напилась бензина!
О ментальности
Ментальность Щуки не готов
ПонЯть Карасик. Вот беда!
Коль удираешь от зубов,
До психологии ль тогда?!
Прикормил...
Прикормить решил я рыб-
Бросил в воду белый гриб.
Просыпаюсь утром- ба!
Нет ни рыбы, ни гриба!
Превосходна!
- Эй, рыбак! Ну как водичка?
Тот в ответ хохочет:
- Превосходна, коль плотвичка
Вылезать не хочет.
Купание
- Удишь рыбу? – Нет пока!
Я купаю червяка!
Зауважал!
На весах подумал Сом:
Мой авторитет весом!
Ночь для любви, для игры и поэтов,
Для ненасытности вечной людской.
Правит в ночи вопреки всем запретам
Время волшебной и страстной рукой.
Руки влюблённых – беспечные крылья!
В их содроганиях трезвости нет,
В мире любовных азартных идиллий
Светит им лунный играющий свет.
Руки, что карты сжимают до боли,
Тоже с азартом обручены,
Cловно охота, что хуже неволи,
Словно в неволе у сатаны.
Руки, склонённые к строкам заветным –
Вот он, поэт, он азартен и скор...
Вдруг кто-то скажет: «Влюблённым, поэтам
И игрокам – всем один приговор!»
Руки, что скованы страстью навеки,
Обречены, но судить их – не сметь!
....................................................
Руки отбили – и нет человека.
Ненасытима поэтому смерть.
Танго – это животная страсть!
Танго – это сильные чувства!
Танго – это когда насрать
на всё, кроме искусства.
Танго – это когда тела,
рангом повыше среднего,
не разговаривают: «…бла-бла-бла-бла…»,
а трахаются до последнего…
«Последнего танго в Париже»
с Марлоном Брандо (или Брандо?..)…
Если мы ведём себя ну уже совершенно бесстыже,
значит мы занимаемся… танго
Я бог заточённый в роскошное тело,
Спустился я к морю с пустынных холмов,
Затем чтобы юная – смертная! – дева
Была околдована магией слов.
Её уведу я в заветные бухты –
Туда, где залива манит синева,
Где звонкие волны поют и, как будто,
Сам ветер целует, коснувшись едва.
Тоскующий Бог, заточён в человека,
Я рвусь в совершенную форму – иную!
Но я обречён, и от самого века
Земную и смертную в губы целую.
Волны! Чудо-волны хрустальные!
Шёпот волн, перекаты камней...
Есть ли что на земле музыкальнее,
Удивительней звуков морей?
В ночи летние, звёздные, лунные,
Очарованный, точно в бреду,
Я люблю эту песню подлунную,
И вдоль берега моря иду…
Я люблю эти всполохи дальние,
Блеск луны и сиянье огней.
Я люблю эти блики зеркальные,
Чуть мерцающий свет кораблей…
Околдованный тьмою и звёздами,
Звонким плеском среди тишины,
Я смотрю, как хрустальными гроздьями
Гаснут брызги упавшей волны.
Отрешённый от дум и мечтаний,
От проблем, что нам в жизни даны,
Погружённый в пучину звучаний
Я внимаю аккордам волны.
И, о чудо, волшебники былей,
Ощущаю я снова в груди,
Как вливаются свежие силы,
Чтобы в новые битвы идти!..
Я люблю Твою песнь беспечальную…
Силуэты в ночи… диск луны!..
Я люблю эти звуки венчальные –
Поцелуи и плески волны!..
Волны! Чудо-волны хрустальные!
Шёпот волн, перекаты камней…
Есть ли что на земле музыкальнее,
Удивительней звуков морей?
Мыс Хамелеон, он же Топрах-Кая. За ним – Тихая бухта. Большой холм – Биюк-Янышары.
Тихая бухта Т. Курт-Доде
В том краю, где песчаны так кручи,
Где б в тоске шли Волошин и Рерих,
И где Солнце безжалостно жгуче,
Только я оживлял этот берег,
Только я его делал певучим!
По обрывам, тропинкам сыпучим
Я сбегал к синеглазому морю,
Околдованный гулом созвучий,
Белоснежной волной на просторе.
В том краю, где пустынны так кручи.
Весь захлёстанный ветром пахучим –
Не унылый Волошин иль Рерих! –
Расцарапанный веткой колючей
Я влетал… словно камень падучий!..
На роскошный и ветреный берег.
На песок раскалённый и жгучий!
Проклиная песок тот зыбучий
(Я тонул в нём почти по колено!),
Как я рвался – вслед птице летучей! –
Убегая из Вашего плена…
В том краю, где пустынны так кручи....
И внимал я, простором научен,
Плеску волн и свободному ветру,
Кликам чаек, чей голос так звучен,
Распахнувшимся вдруг километрам!
В том краю, где я счастьем был мучим.
На обрыв забираясь сыпучий
К эдельвейсам расцветшим добраться,
Я держался лишь веткой ползучей,
Где пришлось мне с орлами сражаться
На вершине роскошных излучин!
Где плясал только ветер летучий,
Где б я мог – лишь удар! – и сорваться…
Как однажды другой – невезучий.
Как я счастливо мог рассмеяться
В том краю, где пустынны так кручи!
Был я бледен тогда и беззвучен:
От атак трёх орлов откидаться!
На обрыве отвеснейшей кручи
Я заставил тех тварей убраться!
В том краю, где я битвам научен!
В том краю – где, с мечтой не разлучен,
На холмах я один мог скитаться,
Где стихи – и просты и певучи…
Что, наверно, навек мне остаться
В том краю, где пустынны так кручи!
Где в заливах накаты гремучи!
И роскошен их пенный разгул!..
Где валы и грозны, и могучи,
А удары – сливаются в гул…
В том краю, где лишь море да кручи!
Словно бог, соскользнувший из тучи,
Я стоял у обрывистой кручи.
Не какой-то Волошин иль Рерих!..
Только я оживлял этот берег,
Только я его делал певучим.
В том краю, где пустынны так кручи.
В той стране, где я счастьем был мучим!
Знаменитая Козья тропка, по которой любители острых ощущений быстрее всего добираются на Французский пляж в Тихой бухте. На снимке виден только подъём, но не видно самого трудного – «горизонтального» – участка маршрута.
КОШАЧЬЯ ЛЮБОВЬ
ВНОВЬ СИЖУ НА ОКНЕ,
С КОФЕ ЧАШКА ПРИ МНЕ
И ЛУНА ПОДМИГНУЛА НЕМНОЖКО,
А ВНИЗУ ПОД ОКНОМ
ПЫЛКОЙ СТРАСТЬЮ ГОРЯ
ПРО ЛЮБОВЬ НАДРЫВАЕТСЯ КОШКА.
ЭТОТ ГОРЕСТНЫЙ ВОЙ
О ЛЮБВИ ПОД ЛУНОЙ
ВСЕ СОСЕДИ УЖ СЛУШАТЬ УСТАЛИ:
ЧАШКИ, ЛОЖКИ, НОЖИ,
ИЗ ДУХОВКИ КОРЖИ,
В КОШКУ ВРЕДНУЮ В ПОЛНОЧЬ ЛЕТАЛИ.
СТОЙКО ЧУВСТВО ХРАНЯ,
ХРАБРО ВСТАВ, КАК БРОНЯ,
КОШКА НАТИСК ВРАГОВ ОТРАЖАЛА,
ТОЛЬКО В ЛУЖЕ, ПОРОЙ
ШЕВЕЛЯСЬ ПОД ЛУНОЙ,
ОТРАЖЕНИЕ КОШКИ ДРОЖАЛО.
ЗА КУПЛЕТОМ КУПЛЕТ,
ЖДЁТ НА ЧУВСТВО ОТВЕТ
СВОЮ ГЛОТКУ ВО ВСЮ НАПРЯГАЯ,
ВОТ УЖ СКОРО РАССВЕТ,
А ЛЮБИМОЙ ВСЁ НЕТ…
ЧЕМ ЖЕ КОНЧИТСЯ ВСЁ? – НАБЛЮДАЮ.
КОФЕ ВЫПИТ ДАВНО,
Я СМОТРЮ СКВОЗЬ ОКНО-
- ГДЕ ЖЕ КОТОВА ЭТА НЕВЕСТА?
ЧАШКИ, ЛОЖКИ, НОЖИ,
И ПОВСЮДУ КОРЖИ –
- НА ЗЕМЛЕ НЕ ОСТАЛОСЬ УЖ МЕСТА.
ПЕСНЬ КОШАЧЬЯ ЗОВЁТ,
СПАТЬ ЛЮДЯМ НЕ ДАЁТ –
В СТЕНАХ ЭХОМ ВЕЗДЕ ОТРАЖАЯСЬ.
КОШКА СМИРНО СТОИТ
(ПОБОРОВ АППЕТИТ)
НА ОГРОМНОЙ ГОРЕ ИЗ МИНТАЯ.
«- ЭЙ, НЕВЕСТА, АУ!»-
Я В ОКОШКО ОРУ,
ЧУВСТВАМ КОШКИ ВОВСЮ СОСТРАДАЯ:
«ВЫЙДЕШЬ ТЫ, ИЛИ НЕТ-
-ДАЙ КОТЕЙКУ ОТВЕТ!»
Я КРИЧАЛА, НОГАМИ БОЛТАЯ.
ТУТ – ХВАЛА НЕБЕСАМ! –
– ТО ЛИ ЗДЕСЬ, ТО ЛИ ТАМ
(ЭХО СНОВА ВСЕ КАРТЫ СМЕШАЛО)
НА КОШАЧИЙ ПРИВЕТ ВДРУГ РАЗДАЛСЯ ОТВЕТ –
- С ГРОМКИМ МЯВОМ В КУСТАХ ЗАШУРШАЛО.
НОЧЬЮ ТОЙ, ПОД ЛУНОЙ
ПЕСНИ КОШЕК ПРЕГРОМКО ЗВУЧАЛИ,
И МИНТАЯ ГОРА
НЕ ДОЖИВ ДО УТРА,
РАСТВОРИЛА КОШАЧЬИ ПЕЧАЛИ.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...570... ...580... ...590... ...600... ...610... 613 614 615 616 617 618 619 620 621 622 623 ...630... ...640... ...650... ...660... ...700... ...750... ...800... ...850...
|