|
|
Представлю женщину в виде птицы,
Молитву в виде листа.
Как песня в ночи, сверкают спицы.
Бумага лежит, пуста.
Как песня в саду, вязание льётся
С прикрытых колен, через край.
Помимо слова – что остаётся?
Что остаётся помимо слова?
За белым листом повторяй:
"Не бросай меня ни сейчас, ни после,
Не бросай меня никогда.
Будь со мной, как ребёнок, возле,
Будь со мною всегда.
Птицей взлети, убеги со света,
Но оставайся со мной.
Пой, пока песня ещё не спета,
Да и как спета – пой..."
Сверкают спицы, струится вязанье,
Молитва, как снег, бела.
Вина ты моя, моё наказанье.
Ты не со мной была.
Город мой, куда я возвращаюсь
наяву, во сне или мечтах...
Защищаюсь, обвиняю, каюсь,
отражаясь в старых зеркалах.
Улицы, проспекты, переулки,
и мостов тяжелый переплет,
темный блеск воды в пустотах гулких
каждое движенье стережет.
Алгоритм неправедного мщенья
город превращает в эшафот.
Здесь мне не прощают возвращений,
здесь мне не простили мой уход.
Помню наизусть все переходы,
шпили, небоскребы, купола,
здесь была оплачена свобода,
но нужна ли мне она была?
Не собрать,не счесть зеркал разбитых,
и пуста над призраками власть...
Все мы здесь когда-то будем квиты –
за попытку, что не удалась,
за свободу и высокость неба,
и – что не ползком, а во всю стать,
за отказ покорно крошки хлеба
со стола дарящих подбирать.
Далеко отсюда до Ламанчи,
но времен я слышу ледоход:
под дырявым знаменем удачи
в зеркале маячит Дон Кихот,
и кривятся смехом отраженья,
звон стекла , копья тяжелый хруст, -
Истина не терпит пораженья,
значит, я еще сюда вернусь.
Тяжела и неказиста
Жизнь инетного магистра?
Что вы! Что вы! Серебриста!
Вечный танец в ритме твиста!
Надо быть про всё в курсАх,
По ночам кричать – Ох! Ах!
Словно бабка-повитуха
Дифирамбы петь на ухо
Нежным юным дарованьям!
А хулу держать в кармане,
Дабы бедные созданья
Не лишились дарованья!
Не забыть себя погладить
По головке в светлый праздник!
Пару строчек от магистра
Подарить всем сайтам. Чисто
Родовую подмести,
Судна вынести, скрести
До последней запятой
Текст с ахилловой пятой!
Не попасть на гвоздик ржавый!
Асинхронно спеть со славой!
(Тут игра и двоесмыслье,
Вон, виляет хвостик лисий!)
В общем, всё как в том стишке -
Не хочу я жить в тишке!
«У меня кружок по фото,
А ещё мне петь охота!»
А ещё бы чай с вареньем
И вприглядку – стихтворенье!
Кто сказал, что неказиста
Жизнь инетного магистра?
Словно сырный чипс – весь в ласках -
Он катается по сказкам,
Драмам, триллерам, стишкам
И по вздохам милых дам.
Ах, как близко к совершенству
То, что нам даёт блаженство –
Отыскать средь всех брильянт
И похерить тот талант!
Неграненный блеск алмазный
Красивей гораздо глазу!
Тут нам есть о чем чирикать,
Рейтинг автору накликать!
Кое-где и кое с кем
Пободаться кое-чем!
Впрочем, это ерунда –
Так, детсадная игра!
Всех на стульчики рассадим,
В ручки – книжечки Саади!
От Бокаччо до Шекспира,
От Геракла к Мойдодыру,
от Изборника к скрижалям!
Ну, всё, детки, прочитали?
Не объять всего, что было!
Да и что менять на мыло
Шило? Всем сладка неволя!
Уж такая видно доля -
В догонялочки играть,
Звать и «мачеха» и «мать»
Ты надменную старуху,
Что не скажет карту! Глухо
Всем кричать в один кувшин:
- Тайну-тайну! Алладин!
... ... ... ... ... ...
Ну, пошла писать губерня!
Сытый нам давно не внемлет!
Успокойся же, милок!
Не жалей магистров рок!
Не такой уж он и гадкий!
Это вроде как зарядка!
Или что-то вроде бл...ки…;-))
(впрочем, ежели со смыслом
то и в бл..ках – дело чисто!)
В общем, вывод прост и скучен:
Cтать магистром – это случай!
Быть магистром – дело чести!
Жить с магистром – это к лести!
Лозунг наш один – «Пиши!»
Ну, а мы в кустах – в тиши -
Поджидаем робких зайцев,
Храбрых выскочек-зазнайцев,
Милых девушек в венках,
Гениев тех, что в веках
Жизнь богемную продлят,
Вырастая из котят!
... ... ... ... ...
Всё! Запал исчерпан, люди!
Порох вымок! Позабудем
Многословный разговор!
Всё вам спели и в дозор!
На дорогу просвещенья -
Там, где светится ученье,
Тьму гонять свечой в руках,
Сублимировать в стихах,
Тихо плакать ни о чём
И поддерживать плечом
Племя малое магистров,
Чтоб не мёрли слишком быстро!
Пусть рождаются в капусте!
Глянь, и меньше в мире грусти!
Слава добрым докторам -
Всем инетным авторАм!!!…:-))
"По вечерам над ресторанами..."
Всего лишь первая строка
Меня окутает туманами
И вскружит голову слегка.
И вновь увижу Незнакомку
И губ пьянящий алый цвет.
Опять послышится негромкий
На чьи-то выпады ответ.
Прервет словесных приставаний
Жест в кольцах тоненькой руки.
Повеет разочарованьем
И легким призраком тоски.
Что делает она средь пьяниц?
Свиданья иль прощанья день?
Скрывает на щеках румянец
Вуали вычурная тень.
И словно колдовские чары
Падут с прикрытого лица.
И Незнакомки взгляд усталый
Сбежит от тяжкого венца.
Меня коснется мимолетно,
Его не в силах удержать.
Такой далекий и холодный
И ускользающий опять.
.
( Из стихов Иоганна-Георга Фауста [1490—1532] )
* * *
...Ax, ругать ли мне голос внутренний,
Эту чертову крыть гордыню ли?.. —
Вот уж дом окружили и ждут меня
Черные камердинеры...
...Ах, святые отцы забытые,
Так о чем же мне всё твердили вы?.. —
Но в саду уж стучат копытами
Черные камердинеры...
...Не увидеть мне больше утренний
Золоченный свет за гардиною...
Вот уж дом окружили и ждут меня
Черные камердинеры...
.
Мне времени под стать
Хотелось стать мужчиной,
Природе в унисон,
А не из-под ножа…
Забавно представлять
Свой подбородок длинный,
Колючий,
Как и вся мужицкая душа,
И лысую башку -
Ушастый эллипсоид,
И уличный роман,
И обещаний тьму,
Что тем сильней влекут,
Чем меньше того стоят…
Есенинский загул
В весёлую страну;
Отсутствие белья,
Протухшего до стирки,
Тарелок и кастрюль,
Колясок и соплей,
И пиво -
Из горла
Застуженной бутылки,
И редкие звонки
Невидимых друзей.
Дешёвых сигарет
Дымок – моя шахиня,
Дырявые носки -
Зелёный…
С голубым,
Каких-то сорок лет
Легко признать мужчине,
Мол,
Были времена,
И я был молодым…
А ночью
Тополя качаются у дома,
Заплёванный подъезд
Потерян и уныл,
Стоит старик-фонарь,
Неясной грустью скован, -
Мой сгорбленный сосед,
Поэт и старожил.
А мы с поджарым псом -
Подлунные скитальцы,
И воем в небеса,
Поджав свои хвосты.
Мы будем и умрём.
Нас вышьют чьи-то пяльцы.
И чьи-то пальцы…
Жаль,
Что так невесел ты.
Понурый и худой,
Как сборник рифмоплёта,
Ненужный,
Как и я,
Нигде и никому,
А умные глаза
Всё отражают что-то,
Кого-то…
Богородицу
И сатану.
горит -
не лампа не свеча
и даже не душа
не одинокая звезда
что слишком хороша
на темном бархате небес
рыдает пряча взор
и не пожарный в окна влез
под нудный разговор
в закатных томных вечерах
свечной заводик драм
горит
а мы не при делах –
летит золою срам
слова – иссушенный картон
раскрашенный слюной
слова – как ржавенький клаксон
и звук от них дрянной
горят
горят не шланги чувств
а – скука и тоска
под полыханьем пыльных люстр
не классная доска
а три простых и простыня -
обычное кино
и грязный отблеск на лицо
и где-то в шапито
горит
не лампа не свеча
не уголек в печи
горит в гримёрке циркача
из дерева кирпич
сто раз ударивший пьеро
сто раз не в глаз а в бровь
и в вечность падает перо
рифмуя кровь-любовь
и в вечности горят листы
несыгранных ролей
и грани острые "я – ты"
вонзаются сильней
... ... ... ... ... ...
горит заводик глупых ссор
и кукольных страстей
и в пустоте не гаснет вздор
игрушечных людей
17 апреля 2007г.
СЛАДОСТИ В АЛОЙ КОРОБКЕ
Увязались за мной с тёплой шалью…
Побоялись оставить одну?!
Вы мне выть на луну помешали!
А мне хочется выть! На луну!
Вон её, на ночной сковородке,
Совершенный по форме омлет.
К чёрту шаль! – я умру от чахотки,
Словно юный английский поэт.
Наконец-то! – Вы начали злиться.
Не тяните! Я в дом не пойду.
А под юным поэтом я Китса,
Джона Китса имела в виду.
Вы не любите юных поэтов
И тропинок в вечерней росе…
Вам претит нарушенье запретов.
Вы скорбите, что я не как все.
В доме сладости в алой коробке…
Полосатые,
Верно, от ос.
А в саду заповедные тропки,
Старый пруд камышами зарос…
Я русалкой, нырнув в него, стану.
Вас с собой утяну за сандаль.
Я в глаза Вам губительно гляну.
Не пора ли мне спать?!
Не пора ль!
Я скажу только Вам, после стопки –
Всем мужчинам беду я несу!
В доме сладости в алой коробке.
Вы похожи сейчас на осу…
Как до Вас донести – Вы несносны!
О, разжалуйте, Богом молю!
Я хочу в эти тёмные сосны…
Отпустите, я Вас не люблю!
&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&&
Сестра Риммовна
Когда время накаркает вещаю птицей -
У(душа)ющей грусти потоп.
Изнемогший от зноя и гама столицы,
Я уйду к берегам своих снов.
Где асфальтобетонные сменятся дали,
На неточность просёлочных троп.
И рассвета венец, по особому алый -
Не закроют строенья домов.
По полям источающим верезг кузнечий,
Через тенями спутанный лес.
Я дойду до реки, там, где крик человечий
Невесом, незнаком, нелюдим..
И босыми ногами слегка наступая,
Окунусь в гуттаперчевый плес,
И на росчерк реки,(свою грусть забывая),
Долго буду смотреть – недвижИм!
Я не имею права взять и умереть.
Со мною груз долгов и обязательств.
Считай, моя отсрочка, леди Смерть –
Очередное из чудачеств.
Мне кажется, я только начинаю жить.
Года пускай считает отдел кадров.
Свою Америку мне предстоит открыть
И под парами ждет меня эскадра.
И ждут меня в неведомой стране
С душою чистою мои аборигены.
Я не проеду перед ними на коне.
Я перед ними преклоню колено.
Они безгрешны и наивны, как дитя.
Их не коснулась ржа цивилизаций.
Они посмотрят с удивленьем на меня –
Продукт сюрреализма и абстракций.
Я скину свои тертые джинсЫ.
Останусь лишь в набедренной повязке.
Надену бусы, подкручу усы.
И позабуду жизненные дрязги.
Пусть на Большой Земле в большой тоске
Проценты прибавляют кредиторы.
Лежу с аборигенкой на песке
И возвращаться собираюсь я не скоро.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...440... ...450... ...460... ...470... ...480... 485 486 487 488 489 490 491 492 493 494 495 ...500... ...510... ...520... ...530... ...540... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850...
|