|
|
Во всеобщем шепоте негодованья
Нет спокойствия для мира созерцанья,
Нет надежды на покой тиши
Так необходимый для души,
Что усталостью покрыта как коростой –
Кто бы знал как бедной ей непросто
Жить в том мире, где не разговор,
А молчанье свой плетет узор.
Во всеобщем шепоте негодованья
Нет свободы и для мира пониманья,
Нету воли для игры ума –
Ой, боюсь, наступит скоро тьма,
Что поглотит мир немыслящего люда –
И наступит вечная простуда…
И наступит вечная зима
Бесконечного людского сна…
31.01.2006.
Слезы…
Кто-то сказал бы:
Падают как люди с крыши,
Я же отмечу:
Как больно слышать
Глухой их стук…
Как по асфальту каблук
Тук.
В них соль души,
Сентенция жизни,
Капельки отчаянной правды,
Единственной, которой совсем
Не рады.
Слезы…
Сквозь них стучат судные паровозы,
Стремятся письма до адресата…
Такие бы не читать,
Но надо.
Предвестники им бури и грозы,
Когда весь мир тяжело дышит,
Кашляет, булькает и ничего не слышит,
В агонии бьется, в кровавой жиже…
Тогда и превращаются детские грезы
В слезы.
Поверь, любимая, я твой
Душою, телом и страданьем
Пусть ржавой ревностью-иглой
Измучен я порой терзаний.
Ночами, глупый, пусть не сплю
И сердце гроблю, истязая.
Беспутно пусть тебя люблю,
Но ведь люблю же, не играю!
В мятежной горести разлук
Гордыню ставлю на колени,
Чтоб незлобивым меньше мук,
Чтоб на любовь – ни капли тени!
Чтоб сердце юная тоска
Собой нечаянно cогрела.
Чтобы услышать снова «ДА»,
И вся вселенная – с полдела.
Прости, любимая. Со мной
Тебе бездонность счастьем мерить,
Чтобы разлучною порой
Меня любить и просто верить
В то, что, хорошая, я твой
Душою, телом и страданьем,
Да будь же, ты хранима мной
И этим светлым заклинаньем.
Жалко мне змеев разных
Нету у них рук и ног
И поэтому никто из животных этих
На баянах сыграть бы не смог
А хотелось бы прийти на концерт
Оркестра под управлением кобры
Где ужи на балалайках и скрипках
Играли бы симфонии Глинки
Ах! Как бы ударял в литавры
Удав двухметровый – сильный
Вот это былА бы музыка!
Вот это бы бЫли бы ритмы!
Выспалось лето и прочь убежало,
Тёплой оставив постель.
Осень укрылась его одеялом –
Солнечной парой недель.
В серые складки бульваров и улиц
Пальцами ветер нырял.
Крыши подушек небесных коснулись.
Листьев утих карнавал.
Город остыл. К мелодичным и тонким
Струнам вернулась метель.
Стелет зима кружевные пелёнки
Детям своим в колыбель.
Время качается где-то снаружи.
Сон Петербурга промёрз.
Кажется, даже весна не нарушит
Города анабиоз.
Врач из поликлиники
Доктор болезней всяких
Всегда помогает людям
В моменты их очень трудные
Таблетки имеет в запасе
Шприцы и клизмы различные
Может замерить давление
Крови в венах и жилах
Больные его очень любят
В кабинет идут с удовольствием
Врача из поликлиники
Врага всех бацилл и микробов
Доктор красиво напишет
Рецепт на бумаге белой
Повязку наложит на рану
Чтоб рана не кровоточила
Нет, добрей человека
На свете и в мире огромном
Чем врач из поликлиники
Спаситель калек и простуженных.
Кожа Любимого – сладкий восторг ощущенья,
Хочется вечностью длить этот призрачный миг,
Тайной красивой становится ласк продолженье,
Мир всех фантазий и сладких иллюзий велик.
Влажные губы касаются страстью щемящей...
Я закрываю глаза, тронув волосы нежно рукой.
Мир истончился, как призрак в мечту уходящий,
Веет зефир, нам даруя желанный покой.
Солнечным светом рассеялись в небе печали...
Пальцы целую, и ты, задыхаясь, молчишь.
Всё, что упущено, нынче с тобой наверстали,
Может не всё еще, милый, зачем ты спешишь?
Там кроме тел наших – любящих душ единенье,
Словно берём восхитительный новый вираж,
Тайной красивой становится наше паренье,
И ореолом Любовь – наш единственный страж.
Рождественский вечер. И блеск твоих глаз.
Горящие свечи всё знали про нас.
Волнующий трепет твоих милых рук,
И сердца влюбленного трепетный стук.
Волшебная музыка и полумрак ...
О, как же хочу я в ту сказку назад,
Где чудом казалось в фужерах вино,
Где было нам счастья так много дано.
Всё плыло вокруг. Эхом голос звучал.
Рождественский вечер нас тайно венчал.
Сапфировый блеск, как рассеянный свет.
Над городом сном поднимался рассвет.
И в дрёме прекрасного зимнего дня
С тобою я самой счастливой была,
Рождественский вечер, ты быль или сон?
Где мысли и чувства звучат в унисон.
- Ты помнишь? – Я знаю ... , – Ты любишь? – А ты?
Рождественский вечер – полёт красоты.
- Мне грустно ... , – Я знаю ... , – Скажи что-нибудь ...
- Любимая, сказку придётся вернуть,
И ёлку, и свечи и губы твои ...
Все сладкие зимние ночи и дни.
- Ты веришь, я знаю. – Ты будешь со мной?
- И будет всё это не только зимой ...
Рождественский вечер. Декабрьский мороз.
И сладкий дурманящий запах от роз ...
В прошлом все волненья жарких лет,
Суетность осталась позади мечты,
Звёздочка одна мне дарит свет
В буйном океане высоты.
Там, где ни забот, ни дел, ни лжи,
Вечностью прониклась темнота до дна.
Путь мой освети и подскажи:
Имя назови мне царства сна...
Ей вослед лечу я, не дыша,
В край, где трон Царя стоит, неодолим,
В скорби так погибшая душа –
Следует за ангелом своим,
Словно камни – за хмельной волной,
А стрела – к своей стремится дичи, но
Ты не уходи, побудь со мной,
Звёздочка, смотри в моё окно...
Когда грустно – спать охота
Ты подумай о цимбалах
И о том, как цимбалисты
Бьют по струнам крепко – метко
Как они из струнов этих
Музыку нам извлекают
Чтоб плясалось нам прекрасно
Чтобы пелось повсеместно
А когда устанут очень
Цимбалисты бить по струнам
К ним на выручку приходят
Гусляры играть на гуслях
И задёргают ногтями
Струны чудо музыканты
И запляшут люди танго
И забудут о недобром.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...830... ...840... ...850... ...860... 869 870 871 872 873 874 875 876 877 878 879 ...880... ...890...
|