|
|
С днём рождения милый бес.
Нас разделяет пол жизни и только один океан.
Право, такая малость.
Я гляжу на Гудзон
и думаю, сколько ещё мне осталось?
Этих белых барашков, что такое для жизни их вес?
Целой жизни перевернут полный стакан.
Право, какая жалость.
Ну вот, ещё один дослан патрон.
И не так уж долго, но всё сколько ещё мне осталось.
Я помню: песок, океан, за спиной лес.
Я помню: милый фотограф на вершине горы; задний план -
право, какая закатность:
облака, острова, горизонт.
Но не угасает всё сколько ещё мне осталось.
Гром, полумесяц, крест.
Ложь, западня, капкан.
Право, такая страсть.
Выбит, и оглушён -
не убит. И буду жить всё сколько ещё мне осталось.
С днём рождения милый бес:
взгляд лукав, белый локон из шёлка, стройный стан.
Право, такая нежность.
В умилении погребён,
я ценю и это, и всё сколько ещё мне осталось.
.
* * *
Ожило сердце... И – вздрогнул, очнулся я,
И не узнал я себя, полунóчного...
Скоро ль ты кончишься, мгла беспросветная,
Черная ночь, уходи, не морочь меня!..
Боже, не хватит ли? – сызмала мучаюсь
В медленном пламени, в черной пустыне я...
О, отпусти меня, мгла беспросветная,
Ночь безысходная, брось, отпусти меня!..
Всё забываю... И плачу о прошлом я...
Поздно. Прощай, моя юность печальная...
И проклинаю я мглу беспросветную,
Черную ночь разрываю плечами я...
Ожило сердце... Душа обновленная
Птицею рвется к рассвету молочному...
Прочь! Не морочь меня, мгла беспросветная,
Черная ночь, уходи, не морочь меня!..
.
- Жаром своим расплавило
лето тоски мгновения.
И, уходя, оставило
капельки вдохновения,
дождиками пролитые
на закоулки памяти…
- Осень идёт со свитою
в пышных одеждах пламенных.
Вновь полетят-закружатся
на серебристых ниточках,
письма неся для суженых
серые кружевницы...
- Не удивится осени
только совсем бесчувственный.
Лягут туманы проседью,
эхо в иной акустике,
звоном наполнит мир,
музыкой серебристою...
- Творчества дивный миг
на ароматах выстоян...
Будут теплом целованы
бабьего лета стихи...
...Спой, прощаясь, соловушка,
песнь на запястье ольхи!
Так хочется сказать…
Нет, не сказать,
Лишь шепотом души коснуться,
Не мучаясь подбором букв,
Слагающих обозначенье смысла,
Которого так трудно отыскать
При свете разума.
Он лишь тогда понятен будет,
Когда поймаешь совпаденье ритма -
Дыханья, взгляда и сердечной смуты.
И лепет заблудившегося детства
Тогда не раздражает,
А разнеживает душу,
И хочется туда,
Где одеяло слов укутывает
Прошлые печали,
И где так хочется,
Так хочется
Уснуть…
Я проснусь от монотонья дождевого на крыше,Разогрею крепкий кофе и, наверно, услышу:Отшумели цветопады, словно синие птицы,Разбежались по чуланам, чтобы мне не присниться.Белосизье мягкой кистью мажет месиво красок,Повторяя силуэты неслучившихся сказок.
Я помню, как небо провисло,
Как звёзды на ветках качались,
Как в парке случайно и быстро
Не встретились мы, а расстались.
Там стыла без птиц, как без сердца,
Заснеженная голубятня.
Мы всё же смогли отогреться
Навеки в недолгих объятьях.
Казалось, что ты невозможен,
И нежность была чрезвычайна.
Мы так повториться не сможем -
Ни здесь, никогда, ни случайно.
2008-01-29 13:54В инете. / Малышева Снежана Игоревна ( MSI)
Не видя лиц, вслепую по сети,
Ощупываю буквами страницы,
Прошу строфу – голубушка, лети,
Ищи душе иль брата, иль сестрицу.
Слова фонят случайной маетой,
Служа, несут сакральные посланья.
И пусть лицо засветится у той,
Что помнит степи и момент закланья.
Сквозь пыль веков и путаность систем,
Сквозь время и пространство, сквозь потери
Прорвётся зов, услышан будет тем,
Кто помнит, как завидовал Сальери.
***
Раны на солнце!
Я не смотрю – это боль
Гладит мне душу.
Звоном червонцев
Ты обжигаешь, как соль,
Сердце мне душишь.
Шаг мой дрожит на пути,
Ветер – опора.
Только немного пройти...
Лето – нескоро...
***
Белой сонатой
Сыплется с неба зима
На ожиданье.
В хладной отраде
Рядится наша земля
Лёгкою тканью.
В чьей-то душе чертит след.
Милая ножка.
Тихо ступает рассвет.
Лапами кошки.
***
Странное пламя...
В свечке колышется нить
Песен умерших.
Давняя память
Бабочкой лёгкой кружИт,
Грацией тешит.
В думах сгорает фитиль,
Грустью томимый.
Молится Богу Рахиль.
Звёзды незримы...
***
«Разбился стакан» – говоришь ты.
Ладонь зачерпнула стекло:
«А в это же время в Париже
Ещё по-дневному светло».
К чему ты сейчас о Париже?
О чём призадумалась ты?
«Боюсь я всегда, когда вижу,
Что наши ладони пусты».
Стакан ты разбила нарочно?
«Пожалуй. Не знаю. Прости.
Ты знаешь, я думала ночью:
Мне кажется, нас не спасти».
От яркого света? «От света».
От звона стеклянного? «Да».
Всё это забудется. «Это
Забылось уже навсегда».
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...510... ...520... ...530... 538 539 540 541 542 543 544 545 546 547 548 ...550... ...560... ...570... ...580... ...590... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850...
|
