|
|
.
* * *
"…Обернись, – спой вполголоса мне
Что-нибудь о любви и войне, –
О б е р н э с ь, обмани, обморочь –
Спой «Землянку», спой «Темную ночь»…"
http://arifis.ru/muswork.php?block=musicwork&action=view&id=159
http://rutube.ru/tracks/1128944.html
Я пел «Землянку»… Представлял:
(Ночь… передышка ненадежная…)
Что это мне бой предстоял,
Что это ты не спишь и ждешь меня…
Я пел «Землянку»… И война
В меня вцеплялась мертвой хваткою –
И ты меня ждала одна,
В ночи, над детскою кроваткою…
Смешались годы, берега,
Огни далекие и – близкие,
Волоколамские снега
И – сопки синие, колымские…
Я пел «Землянку»… Боже мой! –
Счастливей был ли я когда еще? –
Я пел для женщины одной,
Меня
всенóщно
oжидающей…
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Конечно, это бред и вздор –
Не мог быть с теми я солдатами…
И вечность минула с тех пор,
Как прилетел к тебе когда-то я:
Стою – вчера, как будто лишь –
Влюбленный, на пороге замерший,
И ты – так просто – говоришь,
Что за другого вышла замуж ты…
Не умер. И женат не раз.
Не знаю – где же ты, и что же ты...
И – без высоких, громких фраз -
Нескучно годы были прожиты…
Но лишь запел «Землянку» я –
Качнулись каменные здания,
И обрела любовь моя
Твое святое ожидание…
И захотелось жизнь мою
Отдать за ночь – там – перед схваткою,
Где я – в снегах – тебе пою
,
Где ты – над детскою кроваткою…
9.05.2011,
Копенгаген
И смерть ...на стороне фашистов.
Она в солдатские сердца,
которым время не защита,
вгоняет порцию свинца.
Она по-новой вероломно
осуществляет «Барбаросс».
Армада времени огромна!
И надвигается всерьёз.
Порыв и страшен, и неистов,
как в те суровые года –
с собой последнего фашиста
забрать отсюда навсегда.
Забудь, солдат, забудь
Глухие канонады,
Атаки первой жуть,
Фашистские армады...
Как Балтика звала! –
Спаси страну родную
Из рвов небытия,
И мужество даруя!..
Смятенным и глухим,
На зов не прилетевшим,
Всевышний да простит
Их страх пред смертью грешный...
Умолк прискорбный вой
Сирен, и рокот неба,
Последний грянул бой,
Взошли колосья хлеба...
Как прошлое, немы
И майские раскаты...
Но в шёпоте травы
Ты слышишь голос брата.
2009-2011
И прорвалось небо голубое
до песка и ломоты в глазах
кто то пальцы мнёт круша пароли
кто то забывая о словах
облаком плывет и Русью болен
плачет то дождями то снегами
те что были раньше каплей крови
вечной
как заката снегири
письма треугольники и стыд
мы бы так забыться не могли
падая в колени
инвалиды
Родина как роща не заропщет
где текстура сердца как гранит
и ползешь в наушники согреться
воя как Катюша в журавли
и терзаешь мыло как кисеты
некого за холод пожурить...
Твоих писем стихи
пахнут жасминовым мылом
оно долго лежало на белой бумаге
на которой потом
от руки напишу
что осталось внутри навсегда
через пальцы и ручку
пропущенным словом
возвращая в дома убежавших от стен
и дорог
возле Сены на сене травы прошлогодней
вьются пагоды мыслей о том
что дорога
могла быть свободней
мне и больно и жаль
что кинжалы из слов
мимо сеток кольчуг
достают твоё тонкое сердце
ты как воздух
невидимо есть
и единственно жизни показан
словно трубка в трахее
победившая спазмы дракона
подоконников склоны
и детские страхи быть взрослым
И летит по косой
известь листья запачкав до снега
но завалы работы не могут тебя отдалить
от Дали до Дега
тонким нервом срывается нить
постучусь серебром из дождей
где неоновый ящик
как шарманка лепечет
отвечая на глупый вопрос
в этом море великих и гениев
словом летящих
много звонких творцов
но таких
никого
только ты
как сирень
настоящий…
можно быть семи пядей в умах
с шестипалым опаловым сердцем
и писать на эоловых арфах
но когда там ни капли любви
это просто от скуки
по красивее чтоб не завыть
эй ямщик
не гони лебедей
им ещё не связали рубашки
из крапивы от старых ролей
но они уже губы кусают не в кровь
Ты не вовремя избрана мною, –
Не печалься, ведь Ты – не одна...
То, что выдано в руки судьбою,
Сохрани, и будь рабски верна.
Для кого-то скрипучие двери –
Словно знак пребыванья души...
Я Твоё назначенье измерю,
Я скажу: "Мою страсть оглуши..."
Счастье – верить во все небылицы,
Удобрять несговорчивый Рок.
Через годы – под камнем пылиться,
Протрубив в искупительный рог.
Всё равно: нет страшнее удела,
Чем бесстрастно влачиться в быту.
Будь со мной, когда яблоней белой
Расцветёшь Ты в тернистом саду.
11.09.09
Хмурит небо тучи-брови,
над пролитым морем крови.
Кружит ворон утром ранним,
над вчерашним – полем брани.
Но ему – не видеть – дани,
павших ратников Рязани.
Воронью – хотенья против,
не клевать славянской плоти.
Ночью месяц в небо вышел.
Берег речки стон услышал.
С тяжким вздохом у ракиты,
воевода встал – убитый.
В лютой сече убиенный,
поднял меч и щит червленый.
И равнина – застонала,
вся дружина в поле встала.
Под хоругви, под святыя,
супроть грозного Батыя.
А с рассветом чуткой рани,
рать растаяла в тумане.
С той поры в боях с врагами,
рать-дружина, рядом с нами.
Однако, водка – лучший витамин!
Ну что еще так быстро душу лечит?
Душа, лафитник и грибок – один!
И ты уже как многие – далече…
Пусть говорят, что я – зловонный прыщ
На теле той, что солнышком согрета. –
Я пью не потому, что духом нищ,
А потому, что мне не надо света.
Во мраке, нечестивом и пустом,
Где нет ни дна, ни омута, ни брода
Я вечно буду обозначен ртом –
Отверстием для выхода и входа.
Любовь отпоют не церкви
и точно не пьяный псих
БГ и конечно ты
Обмылки тепла
Обмерки
Купируют снам мирки
Ну кто там с камнями первый
Мы будем считать круги
Вода принимает свойство
И память моя кристалл
я танка смешных спокойствий
Ты хокку
и снов ментал
Последняя соль земли
Мы плачем и это слышит
Кто здесь умирать устал
За тех кто уже прибит
Гвоздями сухого эха
Скупых самолюбий в битве
Ботвы после Чита гритта
Нежнее не слов ребёнка
На сонных его губах
Запекшейся коркой тонкой
Чернила ее молока
Нагрей на огне мой стих
И дали храни для всех
В прогорклые сны миндалин
И в круг не ворвётся лихо
Раз есть
В этом вечном мире
Пунктир золотых дорог
Воронок где мол эфирный
На руки поднять помог
Весну..
Уже оживает память
Ожоги прививки снам
Твоим караванам лая
Не слышно
В живых лесах
Идти бы мне тихонечко,
Мол, Господи, спаси!
Но с давних лет разбойнички
Водились на Руси!
Хоть было б три дороженьки,
От камня три пути,
Смогла бы осторожненько
Беду я обойти.
Нам ангела-спасителя
Самим не выбирать.
Шепчу (безотносительно!)
Затасканную «мать»
И понимаю разумом,
Что смерть невдалеке.
Трясусь! Баллончик газовый
Сжимаю в кулаке
И (мы такие в Питере!),
Как кобра, как гюрза
Губителю, грабителю,
Насильнику – в глаза!
Сопи, мол, в обе дырочки,
Кряхти, мол, как взбредёт –
Никто тебе на выручку,
Подлюка, не придёт!
Бегу последней мымрою,
Не глядя, где маньяк,
И легкие – навыворот,
И сердце – враскосяк!
… А утром на скамеечке
Шепталась стародёжь,
Что жизнь теперь – копеечка,
По парку не пройдёшь:
Дышал Иваныч ночью, мол,
Откуда ни возьмись
Напали из баллончика –
И оборвалась «жисть»!
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...180... ...190... ...200... ...210... ...220... 225 226 227 228 229 230 231 232 233 234 235 ...240... ...250... ...260... ...270... ...280... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850...
|