|
|
Мы говорили долго визави
О том,что все кончаются романы
И что любви твоей речные корабли
Мои глубокие сгубили океаны,
Что обветшал мой старомодный бриг
И будущее с ним – одни ремонты.
А жизнь полна загадок и интриг,
И у тебя другие горизонты.
Смешон сегодня мой «Пигмалион» -
К мечтателям давно уж нет доверия.
Тебя умчал солидный галеон.
Там,не в пример,сильнее бухгалтерия
C'est la vie – такова жизнь(фр.)
Соленым ветром опьянен,
Как юнга крепким грогом .
И вспышка света маяка
Три раза окрестит
Пирата старого серьгу
И прОклятого богом,
Как души наши черные
Туманный остров Крит.
И раз ты видел поцелуй
Утопшего с рассветом -
С шестым ударом затяжным
Как пить – пойдешь ко дну.
В кильватер каждый узелок
Уйдет кровавым следом
От раны старой, что забыл
Давно в каком бою.
Взбесились волны за кормой
Смоленого корсара,
И заскрипел натуженно
Потрепанный штурвал.
Скажи – кого оставил ты
В порту Эль- хад Дарана,
И в мутных водах Бангладеш
Кого ты так искал?
А попугай охрип давно,
Кричать тебе – «Полундра...!»
Ответил только скрежетом
Разбитый такелаж.
Кинь за борт старый добрый нож
Каленого корунда -
Приметой старой моряка -
К спасению мираж.
Три раза выстрелил маяк -
Как трижды гвозди в шхуну.
А ты стоишь на палубе,
Упрямо сжав ладонь.
Последний раз отчаянно
Клянешь свою фортуну
Что ураганом нас несет
На гибельный огонь.
(Душевно..е... больное...)
Я обрадую свой остров неожиданным вторженьем,
Засмеется звонко солнце, забросав меня лучами,
Золотой песок навстречу – перемолотым печеньем,
Убегу я утром ранним, незамеченный врачами.
У меня с собою в дорогу – два хороших настроенья
(Так...на случай..!.) и конечно, целый ворох верных схем -
Как нам сделать мир получше,и вишневое варенье,
Потому что ведь варенье ,это вам не просто джем!
Разложу на дно карманов чуть потрепанные рифмы,
Только так – чтоб все отдельно, чтоб не путать что к чему
Про любовь –вон те ,что слева,а про счастье – чуть правее:
Лучше их не надо вместе...( я вам после расскажу...)
Я построю дом с крылечком,хоть какой,но только с крышей,
Чтоб оттуда было выше мне кормить летящих птиц
И читать я буду ветру – тот меня всегда услышит,
Он поймет,ведь сам он пишет,от баллад до небылиц.
Пальмы хлопали в ладоши, веселились в реке раки
Беспризорные собаки танцевали модный твист.
Все забудут свои ссоры и не будет больше драки,
И сыграет на прощанье добрый доктор баянист.
Приезжайте ко мне в гости,лучше с первой электричкой
Или просто напишите, невзирая на сезон,
Мне пора уже в дорогу,вот за мной пришли сестрички -
Говорят: на процедуры! Все,целую! Робинзон.
20.09.2007г.
Моей стремительно взрослеющей дочери
Он жалеет тебя, жалеет,
На жалейке играет гимны,
По засыпанным сном аллеям
Из апреля уводит зиму.
У весны в рукаве экспромты,
Там – застыло, а здесь – пожиже...
От луны оторвался ломтик,
Как закладка от детских книжек.
Он читает тебе, читает,
По строке заплетая в косы.
Серебристою птичьей стаей
Осыпается лёд вопросов.
На лету замерзает время,
Он растопит его в ладонях.
Растолкует толкушкой темень,
Светлый нимб над тобою склонит.
Он листает твой сон, листает,
Избавляя от детских страхов.
У всевышнего роль простая -
При рожденье дарить рубаху.
Он согреет тебя, согреет,
Белоснежным крылом укроет,
Этот тёплый пушистый веер
Одного на двоих покроя.
Он разбудит тебя, разбудит,
Пусть лишь вскрикнет во сне будильник.
На большом разноцветном блюде
Лопнет ночь словно шарик мыльный.
Он торопит тебя как может,
Провожает до самой школы.
Он старается быть моложе,
Но года – это тяжкий молот.
Он встречает тебя, встречает
И целует, но ты не знаешь,
Наливает покрепче чаю
И садится напротив с краю.
В ночь опять будет звёзды клеить
И подсчитывать для порядка...
К единице прибавить девять –
Девятнадцать, а не десятка.
2008-02-21 11:18Актёр / Зрячкин Александр Николаевич ( alnikol)
Актёр, сыграв в спектакле роль,
Домой отправился усталый.
Он страх премьеры поборол,
Хотя с усилием немалым.
Ему с утра хватало сил
В успехи творчества поверить,
Но о часах совсем забыл,
Когда дошёл до старой двери.
Решившись робко постучать,
Он произнёс супруги имя,
Желая больше видеть мать
Таким, как был – в рабочем гриме…
Засов тихонько заворчал –
Жена открыла, улыбаясь,
Да вдруг отпрянула, крича,
А он шептал ей «Дорогая…»,
Но дверь закрылась перед ним,
А мать жила той сладкой ложью,
Что сын вернётся, снимет грим,
Вот только гримом стала кожа…
У бездны на краю
В смятении стою...
Не сделать бы случайно шаг неверный.
По жизни надо мной
Смеялся шар земной -
Он был в себе уверенней, наверно...
По жизни надо мной
Смеялся шар земной -
Он был в себе уверенней, наверно...
А я всего лишь знал,
Что если жизнь одна -
Гораздо легче двигаться по кругу.
И легче забывать
Все прежние слова
При встрече с каждой новою подругой.
Да, легче забывать
Все прежние слова
При встрече с каждой новою подругой.
Я всё же сделал шаг...
Влюблённая душа,
Тебя хранит твой Ангел поднебесный.
А я могу идти
По новому пути,
В котором так легко парить над бездной.
А я могу идти
По новому пути,
В котором так легко парить над бездной.
12. 01. 2008
Сонет 1277
Ты, к амбразуре Времени прильнув,
Следишь, как изменяются народы,
Глядишь на затянувшиеся роды
Души, взраставшей в тягостном плену
Слои, круги сливаются в одну
Живую сферу дышащей природы,
Где краткий миг вмещает дни и годы
Эпох, бесследно канувших ко дну
Прозревшая, страдая и любя,
Ты столько пропускаешь сквозь себя
Во имя процветанья вертограда!
О, жрица Солнца! Сколько ж на пути
Тебе пришлось за жизнь перенести,
Однако ты – всё так же свету рада
На море чист и светел,
Гуляет по волне -
Знакомый белый парус,
Когда-то нужный мне.
У ног его медузы плывут,
Над ним чайки кричат.
Мелькает он там и бьётся тут,
Солёной водою свят.
Но вот глаза закрою:
И серый вьётся дым
Над синею волною,
Над парусом моим.
И чёрный гарпун рассекает свет.
И рыба в волне хрипит.
Но ужаса нет и печали нет,
И парус вперёд летит.
Когда-нибудь я стану,
Как прежде, моряком,
В большое выйду море
И затеряюсь в нём.
. . . . . . Андрей: дарю Вам парус.
. . . . . . Володя: ...спасибо, у меня свой
Мы беспокойные такие,
Бежим из узких берегов.
И раз поэзия – стихия,
Поднимем крылья парусов.
И поплывёт, легко качаясь,
Корабль из света, снов и рифм.
Не закричу, не испугаюсь,
Когда царапнет днище риф.
Мы дно залечим, словно души
Надёжной вечною строфой,
Причалим к острову Андрюши,
И есть у Юры остров свой.
На суше тоже буду плавать
В глазах поэтов, как в морях,
В которых не отыщешь гавань,
Не сбросишь в бездну якоря.
Пусть буря борт терзает шпорой,
И гнётся мачта вкривь и вкось.
Красив, как «Пинта» Христофора,
Смел, как рязановский «Авось»
Корабль, который непременно
«Стихотвореньем» назовём.
В стихии самой совершенной
По-настоящему живём –
Правдивой, как слеза ребёнка,
Прозрачной, словно акварель.
И дай нам, Боже, плавать долго
И никогда не сесть на мель.
Золотая тишина
собрала в руках картинки -
разукрашенные льдинки,
и смолкает жизни звон.
Ну, а ты опять одна,
укрываясь платьем тонким,
прячешь тайного ребенка,
разрывая суть сторон.
И смешная ерунда,
что давно волнует сердце,
покидает ночь соседства,
пряча розы в черный сон.
Но из этих тёмных снов,
ерунды и кривотолков
память светлая иголкой
вышивает нежно – ОН.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...490... ...500... ...510... ...520... 529 530 531 532 533 534 535 536 537 538 539 ...540... ...550... ...560... ...570... ...580... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850...
|