|
|
Мы рождены не инвалидами.
Но всё же свищем и поём,
Переполняемы обидами –
И так, с обидами, живём.
Как будто понарошку дадены
Стакан сердечного огня,
И плеч угрюмых перекладина,
И смутная крови возня.
Мы в белый воздух нарождаемся
И, приспособлены ходить,
Подняться над землёй пытаемся,
Чтоб нужность нашу ощутить,
Чтобы недужность наша узкая
В прозрачной высоте плыла,
Сильнее человечьей музыки
И легче птичьего крыла.
Нависли деревья зелёной громадой,
Удвоены тихой водой.
Белеют соцветья, и гул аромата
Колеблется над головой.
Сойдя с высоты, обозначилась птица,
И грифельный птичий полёт
Отдельно и точно графически длится,
И солнце навстречу плывёт.
Склоняясь к природе с поспешностью нервной,
Будь верен и бедной судьбе.
Где ветер протянется северный, скверный,
И лес промолчит о тебе.
Не от богов, не от людей
как в храм, ушел в себя Гордей.
Как флагу черному на рее
так хорошо в себе Гордею.
Он ищет свой Гиперборей,
что позовёт его: «Гордей!»
от одиночества хренея…
Я верю в замысел Гордея!
Но белым флагом средь морей
призывен сам к себе Гордей.
Не о себе самом радею,
когда внимаю я Гордею,
ведь это гордая идея -
найти в себе самом Гордея!
О,тьма Гордеев, – не редей!
В любом Иване есть Гордей.
Надеюсь, что в такой Орде я
не затеряюсь для Гордея…
Какой тут к черту ритм, коль нервы – в клочья,
А в венах неустроенность клокочет?
Какая, к бесу, блажь с размером, темпом,
Раз жизнь – враскос, как мальчик по вертепам?
… И утоляю страсть в коротких строчках,
И чаще – ночью,
И мысли прыгают, как детское «по кочкам…» -
Неправомочны.
И возраст катится и волочет
Под гору:
Мгновенья тратятся.
На что? Вот горе!
А в спину жаркое: «Вливайся, дядя!
Ну что, ты с нами?!»
…Давайте сами!
А мне уже нельзя не глядя…
Не ритм ломается –
Себя ломаю.
Не понимается?
Как я вас понимаю!
Теперь идти бы да идти,
Забыв про траты,
Чтоб храм последний возвести
В краю заката,
Чтоб кто-то в этот храм входил,
Зарю встречая,
И лучшее в себе будил.
…Как жизнь тончает!
Уже полвека. Полусчет.
Мои пол-Леты.
...Жизнь между пальцами течет,
…И храма нету.
Пришла пора сажанья огородов,
И я скажу, как человек труда:
-Поэты тоже родом из народа
И тоже хочут кушать иногда!
Своим инстинктам древним потакая,
Усталый, но довольный всё равно,
По огороду тачками таскаю
Вонючее липучее говно.
Семья ликует, родственники рады,
Что нынче, в мае, пятого числа
-Ура!- Фортуна повернулась задом
И этакое счастье принесла.
От пота – мокрый, от натуги – синий,
Но ощущаю я, как никогда,
Что труд облагораживает сильно,
И что коня не портит борозда.
Так хочется уйти из мира отражений, От фальши лестных слов, и вогнутых зеркал, Туда, где ветер свеж, туда, где всё в движенье, И птичий крик летит, теряется меж скал. Геннадий Энтин "У вечности в плену" * * * Так хочется уйти, уплыть, слинять подальшеТуда, где «интернет» звучит, как сивый бред,От наглого вранья и бесконечной фальши,Пустопорожних дел и пирровых побед.Забраться на скалу и чайкой ЛивингстономНад бездной воспарить, приветствуя рассвет,А не торчать с утра по пробкам бестолковоПод радио «Шансон» и горечь сигарет.Отринуть навсегда засилье чистоганаИ обрести покой, ступая по росе,Воочию пристать к причалу Зурбагана,А не смотреть «Дом-2», опошлившись, как все.С любимой день за днём не расставаться вовсе,Ходить рука в руке, и хлеб, и кров деля …Достать бы лишь деньжат, мильонов этак восемь,Для сказки наяву, а не забавы для.
Лес стоит расстроенный:
Вся листва растеряна.
Сдвоены да строены
Бывшие ветра.
Закрываю лето я,
Будто окна терема,
На тебя не сетуя,
Желтая хандра.
И по первой наледи
Хрупаю калошами:
Что-то тянет на люди
Да по кабакам.
Только все пути назло
Желтым запорошены,
А меня обсыпало
Белым по вискам.
Бабушка, блинчиков! Блинчиков хочется!
С яблоками...
- Будут, внучка.
- Ура!
...Странная девочка, дочь одиночества,
Бабушку тянет за фартук с утра.
- Вкусные очень!
- Спасибо, любимая.
- Только тебе я, наверно, нужна!
Бабушка, к сердцу – скорее – прижми меня!
...Мамина порка – уже не страшна.
- Ты обними меня, бабушка, ласково...
Что там за тень, у тебя за спиной?
...Черная новость – прямо пред Пасхою...
Пятничный день – неизбежный, страстной...
Храм... Отпевание... Ангелов личики...
Что там, за гранью? Веселье иль тишь?
Райские яблочки... Райские блинчики...
Бабушка, ты меня – ТАМ – угостишь?
Сонет
Внезапной чужеродною строкой
былое перепутывает рифмы.
Так из пластмассы кофе растворимый
перебивает запах дорогой.
Он дверь мою не открывал ногой,
он обходил тугие логарифмы,
и всё решали, не обговорив, мы,
как снег и дождь, как утро, как покой.
В пространстве одиночества – ни щели.
Обтёк меня, как сыр по вермишели,
а за душой лишь семечки в горсти.
И мне б тогда не муркать под рукою
в ничем не обоснованном покое,
а дерево кофейное растить.
1.
С «Пэ» – красивая оправа,
С «Тэ» – крысиная…
2.
С «Дэ» – таинственные духи,
С «эМ» – назойливые…
3.
На букву «эЛь» – не дог, а лайка,
На букву «Че» – не гусь, а…
4.
С «эН» – не ода, а сонет,
С «Вэ» – и слово, и…
5.
С «Вэ» – ожидание привета,
А с «эМ» – хорошая…
6.
На «эС» – моя большая сумка,
На «Че» – болезнь собачья,..
7.
Если «Вэ», то рыщут волки,
Если «Тэ», то ходят…
8.
Мы на «Гэ» раздвинем – губы,
И на «Зэ» покажем -…
9.
С буквой «эЛь» – на речке лёд,
С буквой «эМ» – у пчёлок…
10.
Если «Ы», встаём на лыжи,
Если «У», ступаем в…
01.09.09
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...270... ...280... ...290... ...300... ...310... 311 312 313 314 315 316 317 318 319 320 321 ...330... ...340... ...350... ...360... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850...
|