Студия писателей
добро пожаловать
[регистрация]
[войти]
Студия писателей > Каляка Маляка. Окончание
2008-09-30 13:04
Каляка Маляка. Окончание / Оля Гришаева (Camomille)

ВЫХОД НАЙДЕН 

Мы с Калякой играли в домино на кухне. Каляка проигрывал и сердился, топал ногой, кричал, что я мошенничаю. В дверях показались госпожа фон Цвельф в бордовом халате и Маляка в новом клетчатом сарафане с карманами. 

– Тетя подарила! – она повертелась и забралась мне на колени. – Правда, здорово? 

– Тебе идет. 

– Милочка, нам понадобится твоя помощь, – тетушка окинула меня пытливым взглядом и прыгнула на стол. 

– Ну… у меня завтра осенние каникулы начинаются, так что в ближайшие две недели можете на меня рассчитывать. 

Каляка придвинул к тетушке коробку из-под домино и предложил в качестве сидения. Та благосклонно кивнула, села и продолжила: 

– Насколько я поняла из рассказа Маляки, в телевизоре неожиданно появилась дама с палочкой в руке. Она собирается сделать ЭТО до возвращения Иннокентия Петровича из Австралии, а нам нужно ЭТО предотвратить. Само собой, мадемуазель не с неба свалилась в ваш телевизор. Я живу на свете много лет, и прекрасно понимаю – необъяснимых вещей не бывает, – госпожа фон Цвельф вынула из рукава халата веер и обмахнулась. – Та дама, видимо, работает на телевидении. Возможно, диктором. 

– Я посмотрела программу, перед концертом Льва Лещенко прогноз погоды был, – между делом я расставляла подаренные комбульпики по подоконнику и поливала их по совету Маляки апельсиновым соком. 

–Значит, она – диктор прогноза погоды, а по совместительству – колдунья! – убежденно сказала тетушка. 

–Потрясен вашей проницательностью, – Каляка с восхищением поклонился. 

– Откуда вы знаете, что она колдунья? – усомнилась я. – И что такое ЭТО, я так и не поняла? 

–Дорогая, от всей души надеюсь, что ты ЭТО никогда не увидишь. А что касается колдуний, то их я видела на своем веку немало. Колдунью ни с кем не спутаешь, особенно если у нее волшебная палочка в руке. 

– Тетя, ты такая умница! Я знала, ты нас спасешь! – Маляка запрыгала между горшков с комбульпиками по подоконнику. 

– Не стоит благодарностей, милая, – госпожа фон Цвельф вынула из ридикюля знакомый портсигар и закурила. – И еще одну вещь я знаю точно – без палочки ни одна колдунья уже не колдунья, как я не Иеремия фон Цвельф без своего портсигара! – она трясла портсигаром, будто владела им всю жизнь, а не получила совсем недавно в подарок. 

– Нужно выкрасть палочку у колдуньи, и она не сможет сделать это, ура! – Маляка спрыгнула с моих коленей и пустилась в пляс. 

– Я готов забрать палочку, но должен знать, где она спрятана, – Каляка заважничал, надул щеки и выпятил живот. 

– Наверное, надо искать на телевидении, раз ведущая там работает, – робко предложила я. 

– Для этого я и просила твоей помощи, дорогая. Тебе всего лишь нужно привезти нас туда, а Каляка проникнет внутрь и заберет палочку, – тетушка прицелилась и попала окурком точно в открытую форточку. 

Операция была назначена на следующий день. В оставшийся вечер, пока тетушка принимала расслабляющие ванны, а Каляка репетировал перед зеркалом завтрашнее выступление, мы с Малякой проводили подготовительную работу. Маляка позвонила на телевидение, представилась Львом Лещенко и узнала, что ведущую прогноза погоды зовут Анжела и ее студия находится на третьем этаже. Я сшила для Каляки маскировочный костюм из старой меховой шапки, чтобы в случае опасности он мог прикинуться добрым пушистым зверьком. 

– Пусть только попробуют ко мне подойти! – размахивал Каляка кулачками. – Я в Австралии времени зря не терял, все боевики пересмотрел. Дерусь не хуже Джеки Чана! 

Я смеялась и показывала ему дополнительные приемы, которым меня научили мои родители. 

 

На следующий день тетушка, Маляка и Каляка в меховом костюме забрались в мой рюкзак. Вместе мы отправились к телецентру, чтобы предотвратить загадочное ЭТО. 

У дверей здания стояли очень строгие охранники. Для входа внутрь они потребовали специальный пропуск, которого у меня не было. Я отошла в сторонку на совещание. Тетушка Иеремия на секунду выглянула из рюкзака, чтобы оценить ситуацию. 

– Понимаете, госпожа Иеремия, эти охранники ни на минуту не отвлекаются. Каляке не удастся проскочить через вход незаметно. 

– Ты права, дорогая. И окна все плотно закрыты. А что за ворота там, вдалеке? 

– Куда грузовая машина подъезжает? 

– Да-да. 

Я побежала к воротам. Маляка сразу запищала, что ей прищемило руку, но я не слушала. Из грузовой машины в ворота вносили ящики, всякие цветные штуки и еще много непонятного. Грузчик, подхватив очередную коробку, подмигнул мне: 

– Любопытно, да? Реквизит для нового телешоу привезли, видишь – деревья искусственные, шторы, украшения разные. Посмотришь потом по телевизору! – хохотнул басом и ушел. 

– Каляка, прячься в ящик, пока никого нет! – я открыла рюкзак, Каляка в меховом костюме юркнул в коробку. 

Я чувствовала, как Маляка мечется от волнения по рюкзаку, и слышала, как тетушка шепотом пытается ее успокоить. Грузчик вернулся, снова подмигнул мне, забрал коробку с Калякой и ушел.  

Мы с тетушкой и Малякой ждали в условленном месте, у дерева с двумя стволами, неподалеку от входа в телецентр. Прошел час, но Каляки все не было. Маляка и тетушка так переживали, что уснули, и теперь из–за моей спины доносился легкий свист и сопение. Я несколько раз обошла здание, присматривалась к дверям и воротам. Села на лавочку, осторожно поставила рядом рюкзак и задремала… 

*** 

– Пш-ш-ш… Я рискую своей шкурой, а они спят! – Каляка в меховом костюме шипел и дергал меня за рукав. – Скорее домой, а то догонят и отберут. 

Он сунул в рюкзак деревянные обломки и стал забираться в рюкзак. 

– Котик, котик, стой! – мальчик в красной шапке через лужи подбежал к моей скамейке и схватил Каляку прежде, чем я успела опомниться. 

– Что ты стоишь, как вкопанная, помоги мне! – взвыл Каляка. 

Я стала вырывать его из рук ребенка, но тот еще крепче вцепился в Каляку. На шум из рюкзака выползла сонная Маляка и, не разбираясь, в чем дело, цапнула малыша за руку. Ребенок расплакался, Каляка с Малякой тут же исчезли в рюкзаке. Я попыталась задобрить ребенка конфетой, но прибежала крупная женщина с большим носом, недовольно посмотрела на меня, сказала с одышкой: «Пойдем, Петюня!» и увела мальчика. 

Я взяла рюкзак и отправилась домой, с нетерпением ожидая рассказа Каляки. 

 

Г е р о й д н я 

 

– Там все такое… другое! Совсем не так, как в телевизоре, – Каляка, наконец избавился от мехового облачения, развалился на стопке салфеток на кухонном столе, гордый и довольный собой. – Принесли меня, значит, завалили коробками. Еле выбрался, где нахожусь, не знаю. То в новости забреду, то в «Поле чудес» какое-нибудь. Народу везде тьма, как в муравейнике, никто на меня внимания не обращает. А я помню – надо на третий этаж, где прогноз погоды. Вышел к лестнице, спустился туда-сюда, нашел, наконец. И тут ОНА по коридору идет. Высокая, волосы длинные. И палка в руке. Я так и обмер. Идет, а кто-то ей вслед: «Анжела, через десять минут эфир». Я за ней, в большой кабинет. Она палку на стол положила, а сама за бумаги. Я не растерялся, схватил в зубы и бежать. И тут этот, в красной шапке. «Котик, – кричит, – иди сюда!» Я ему говорю: «Отстань, тороплюсь, не видишь?», а он еще сильнее орет, за палку схватился. Я зубами сжал изо всех сил, палка – хрусть! – и переломилась. Подобрал обломки и дал деру. И он за мной. А за ним еще та, огромная, с носом, ты ее видела. Так и бежали втроем, еле ноги унес. Но самое главное – палку забрал! 

Тетушка Иеремия, допив чашку крепкого кофе, улыбнулась: 

– Позвольте мне торжественно объявить Каляку Героем Дня! 

Мы с Малякой захлопали в ладоши и трижды крикнули: «Ура!» 

– Ну, а поскольку моя миссия выполнена, я могу вернуться в родную Австралию со спокойной совестью. Завтра утром, кстати, у меня самолет. 

– Как, тетя, ты уже улетаешь? – захныкала Маляка. – Разве ты не останешься с нами до возвращения Иннокентия Петровича? 

– Дорогая, для того, чтобы помочь вам, я оставила миллион дел. Это вам больше не грозит, почему бы мне не вернуться? Тем более профессор приедет через неделю… 

– И мы тоже сможем вернуться домой, ура! – Маляка повеселела и перевернулась через голову. 

Мне стало капельку грустно от ее безудержной радости. Неужели Каляка с Малякой уедут и не будут скучать по мне? И как я буду жить без их ворчания и визга? 

Весь вечер тетушка собирала чемодан. Сложила бархатный халат, пушистые тапочки, медаль «За храбрость в самолетах» и кусок яблочного пирога, испеченного по Калякиному рецепту. Маляка бегала вокруг, помогая укладывать вещи, но только создавала сумятицу: увидит симпатичное украшеньице и тут же несется к зеркалу, примерять и любоваться собой, так что Каляка не выдержал и отправил ее наводить порядок под кроватью. 

Утром следующего дня мы провожали тетушку в аэропорт. Маляка взяла дюжину носовых платков, но и этого оказалось мало, так она плакала, прощаясь с тетушкой. Каляка нацепил бабочку, был серьезен и сдержан. Тетушка оставила мне деньги для оплаты телефонных счетов и даже пригласила к себе в Австралию. Я растрогалась и долго махала ей вслед рукой. Чудики смотрели вверх, задрав головенки; самолет растворился в сером осеннем небе. 

Возвращались домой через парк. Листья с деревьев уже опали, погода стояла облачная, влажная. Вокруг никого не было, и чудики выбрались из рюкзака прогуляться. 

– Почему же листья опадают? – недоуменно огляделся Каляка. 

Меня рассмешил его вопрос: 

– Потому что осень, так всегда. А в Австралии по-другому? 

Маляка тревожно забегала, сгребла кучу листьев в охапку: 

– А мы их обратно приклеим! 

Она вмиг забралась на дерево и стала привязывать листья к ветке. 

– Брось, Маляка. Всех листьев не приклеишь. Скоро зима начнется, все будет белым и красивым, санки начнутся, лыжи всякие. 

– Нет, нет, нет, – запищала Маляка. – Не будет, скажи ей, Каляка. ЭТОГО не будет! 

– Не будет, не будет, обещаю, – забеспокоился Каляка. – Спускайся скорее, пока нас никто не заметил. 

Они спрятались в рюкзак, и я понесла их домой. 

 

Первым делом Каляка включил телевизор. Около двух часов он сидел, не отрываясь от экрана. За это время мы с Малякой успели сделать три браслета и новое ожерелье из бисера. Вдруг из комнаты послышался крик. Мы с Малякой наперегонки бросились туда. Каляка дрожащей рукой показывал на телевизор. 

– Ох! – только и сказала Маляка и села на пол. 

– У нее новая палочка! – прошептал Каляка. – И она снова говорит об ЭТОМ! 

–… завтра снег ожидается в Западной Сибири. В Центральном районе снег выпадет через два-три дня. С вами был «Прогноз погоды» и его ведущая Анжела. До встречи, – Анжела мило улыбнулась и исчезла. 

– Вы боитесь снега?! Так вот что ЭТО такое! – мне вмиг стало понятно, что Анжела вовсе не колдунья, и ее палочка – обычная указка для географической карты. – Но почему? Снег – это совсем не страшно. Он холодный, но очень красивый. 

– Спасибо, мы об ЭТОМ сами все знаем, – Каляка принял трагический вид. 

– Правда, ничего страшного? – доверчиво спросила Маляка. 

– Снег – это здорово! Из него можно лепить, по нему кататься можно. Можно в снежки играть! – разошлась я. – Весело! Обожаю зиму. 

Чудики постепенно успокоились. Весь день я рассказывала о зиме, Каляка с Малякой понемногу привыкли к разговорам о снеге, снежинках и снеговиках, и уже сами охотно задавали вопросы. В Австралии зимы другие, жаркие, а лета – дождливые. Снега они никогда не видели, но слышали, что это очень плохо. 

Через два дня я проснулась, а за окном белым-бело. Снег на деревьях, машинах, по двору прыгают голуби в снежных шапочках. 

– Каляка, Маляка, смотрите – снег! – крикнула я под кровать, но никто не откликнулся. 

В коридоре послышалась возня. Я выбежала, включила свет. Чудики ходили по коридору с закрытыми глазами, вытянув ручонки, и натыкались на все углы. 

– Что с вами? 

Я схватила их, усадила на кровать, они смирно сидели, но по-прежнему не открывали глаз. Я задавала вопросы, переносила их из одной комнаты в другую, ничего не помогало – они будто не слышали и не видели меня. Я отчаянно пыталась их растормошить, когда раздался телефонный звонок. 

– Алло, это Оля? – в трубке послышался взрослый голос с хрипотцой. 

– Да, а кто это? 

–Это Иннокентий Петрович, здравствуйте. 

– Правда? Это честное слово вы? 

– Честное слово. 

– Как я рада, что вы нашлись! Значит, с Калякой и Малякой все будет в порядке? 

– Обязательно. Извините за недоразумение, это моя вина. Так вышло, что я по рассеянности не дописал букву в адресе, который дал Каляке и Маляке. У вас дом номер одиннадцать, а у меня одиннадцать «А». Вы можете подойти с ними в лабораторию? 

– Конечно, хоть сейчас. 

–Отлично. Надеюсь, на этот раз ничего не напутаю с адресом… Записываете? Тимирязева, тридцать два, второй этаж. Жду. 

– Уже выхожу. 

–До встречи. 

Я обняла и расцеловала чудиков. 

– Потерпите еще немножко, малыши. Скоро все наладится. 

 

Шел мягкий крупный снег. Ноги проваливались уже по щиколотку, и я с восторгом представляла, как через пару дней буду прыгать по сугробам и кататься с горки. А еще послезавтра приедут мама и папа, и будет совсем хорошо. Поедем за город кататься на лыжах по лесу, накатаемся до посинения, замерзнем, и дома будем отогреваться малиновым чаем. 

Я шла по улице Тимирязева, пряча под пальто Каляку и Маляку, на спине рюкзак с их вещами. Вот и дом тридцать два, кирпичный, весь в снегу. На пороге меня встретил седой дядя с мохнатыми бровями. Это и был загадочный Иннокентий Петрович собственной персоной. Голова у него действительно была лысая и сияющая. Мы вошли в лабораторию с множеством растений. 

– О, старые знакомые! – я помахала грядке комбульпиков. – Тоже апельсиновым соком поливаете? 

– Само собой, – засмеялся профессор. – Проходите. У меня здесь специальная зеркальная лампа, под нее мы посадим Каляку и Маляку, и через десять минут они будут, как новенькие. 

– А что с ними произошло? 

– Свойство организма, пока не изученное мною до конца. Они теряют зрение и слух, когда видят снег. Проще говоря, слепнут и глохнут. Я знал об этом, но не ожидал, что снег в этом году выпадет так рано. Еще раз примите извинения – только я виноват в этом недоразумении. 

– Что вы, я так рада знакомству с Калякой и Малякой. 

– А я вернулся домой и не могу ничего понять. Где Каляка, где Маляка? Кое-как связался с Иеремией фон Цвельф, и совместными усилиями мы обнаружили ошибку. 

– Что с ними будет дальше? 

– Думаю, Каляка с Малякой захотят вернуться домой. Зима, как вы понимаете, им противопоказана. Как раз сегодня мой друг, профессор Знайман, возвращается в Австралию. Я мог бы отправить Каляку и Маляку с ним. 

Каляка застонал и приоткрыл глаза: 

– Иннокентий Петрович… вы приехали… 

Тут же очнулась и Маляка: 

– Иннокентий Петрович, я видела снег. Настоящий… 

Через пять минут они вовсю делились с профессором впечатлениями о своем пребывании в северном полушарии Земли и смеялись над недоразумением. Каляка утверждал, что сразу заподозрил неладное. 

– И почему ты молчала? Почему не сказала, что мы перепутали дома? – обратился он ко мне. – Подумать только, целых два месяца квартира Иннокентия Петровича была без присмотра! 

– Каляка, я пыталась. 

Он кивнул головой, словно говоря: «Знаем мы вас. Пыталась она». Я улыбнулась. 

Маляка вдруг обхватила мою руку: 

– Дорогая, я так тебя полюбила, поедем с нами! Кто будет помогать мне проводить ревизию гардероба? Кто будет мастерить мне чудесные браслетики? 

– Я тоже буду скучать, Маляка. 

–Хозяйка из тебя, конечно, бестолковая. Готовить не умеешь, прибрать в квартире тоже не можешь. Но как мы славно в домино и шахматы играли! – Каляка крякнул от удовольствия. – Дома мне нет равных в игре, даже сыграть не с кем. Приезжай, организуем шахматный турнир. 

– Друзья, если вы собираетесь сегодня лететь домой, то пора собираться. Вот-вот сюда прибудет Знайман и заберет вас на самолет, – Иннокентий Петрович показал на часы. 

Чудики бросились ворошить и укладывать свои вещи, Иннокентий Петрович подготовил специальную коробку с вентиляцией и освещением и строго-настрого запретил им смотреть на снег. 

Я помогла Маляке с платьями и подарила свою серебряную цепочку. Каляке обещала к следующему его приезду научиться печь воздушную шарлотку и поддерживать чистоту под кроватью. 

В лабораторию вошел заснеженный человек в запотевших очках. 

– Хо-хо, будем знакомы, Знайман, – он протянул мне руку. – Хо-хо! 

Знайман небрежно подхватил коробку с Калякой и Малякой, попрощался и исчез. Я шла домой и думала – Маляку, наверное, в самолете укачивает, а Каляка суетится и бормочет что-то под нос. 

*** 

На днях мама позвал меня к телефону. 

– Привет, – знакомый скрипучий голос. – Мы уговорили Агриппину, маму Иннокентия Петровича, обзавестись телефоном! 

–Каляка! 

– И я! Я тоже тут! – запищала Маляка. – Ура! 

Они частенько звонят мне. Каляка жалуется на жару и кенгуру, Маляка хвалится модными приобретениями. А на зимних каникулах родители отпускают меня в гости в Австралию. 


информация о работе
Проголосовать за работу
просмотры: [8669]
комментарии: [5]
голосов: [5]
(Vlad, kuniaev, NinaArt, Uchilka, Listikov)
закладки: [0]



Комментарии (выбрать просмотр комментариев
списком, новые сверху)

kuniaev

 2008-09-30 22:47
Не надо окончания! Электорат требувает продолжения!

Camomille

 2008-09-30 23:02
спасибо! ужасно приятно.
Писала Каляку Маляку почти три года назад, и с тех пор все подумываю написать что-нибудь из этого цикла, но поинтереснее. Может быть, как нибудь и возьмусь)))

kuniaev

 2008-10-01 00:29
Пиши, я потом внукам буду читать.

NinaArt

 2008-10-01 00:37
Мистика! У нас еще не наступило 1-е октября,значит ,вот только сегодня почитывала главки Каляки Маляки и появилось продолжение!

Camomille

 2008-10-01 11:20
ну почему же мистика... обыкновенное волшебство)))


 

  Электронный арт-журнал ARIFIS
Copyright © Arifis, 2005-2022
при перепечатке любых материалов, представленных на сайте, ссылка на arifis.ru обязательна
webmaster Eldemir ( 0.009)