«Открытия
последних десятилетий в области
нейрологии предсказывают, что мы вот-
вот научимся управлять тем, что
до сих пор считалось абсолютно
неуправляемым – любовью»
Журнал «Лайф»
Биохимия любви.
Для материалистически ориентированных людей никогда не было секретом наличие биохимической базы всем проявлениям мышления, чувствам, любым наиромантичнейшим нашим душевным порывам. И это при том, что мысли, чувства к простой физиологии конечно же не сводимы. Не в пример, скажем, желчи или инсулину. Интересен вопрос: что первично – мысли или сопровождающие их соответствующие химические соединения? Возможно, они возникают порой и минуя мысль, осознание. Если, к примеру, вы увидели красивую женщину, то соответствующие реакции и, как следствие, появление ряда реагентов происходит помимо сознания, в автоматическом режиме. Точно так же внезапная опасность приводит к повышению концентрации адреналина (и не только) практически мгновенно. И с позиции эволюции это понятно, ибо времени на осознание и анализ может не быть. Всяческая задержка ответной реакции иной раз может стоить жизни. Но есть и противоположное мнение – только через осознание. В отношении сексуальных проблем вообще хотелось бы понять многое. Чем, к примеру, определяется выбор партнёра? Почему достаточно порой нескольких секунд для решения бинарного вопроса: нравится – не нравится. Почему иногда на решение этого же вопроса уходит напротив, очень много времени? Почему любят/предпочитают порой вовсе не самых красивых? Почему угасают даже самые сильные чувства? На чём основана народная мудрость: Стерпится-слюбится? Что стоит за понятиями: страсть, любовь, длительные отношения; какая биохимия стоит за всем этим, обеспечивает всё это? И почему именно в последнее время этим проблемам уделяется довольно серьёзное внимание?
Нельзя сказать, что на все эти вопросы сегодня есть чёткие, однозначные и окончательные ответы. Тем более у меня. Прежде, чем разбираться в отдельных вопросах, следует помнить, что мы представляем собой некий итог длительного эволюционного процесса животного мира. В нас продолжают действовать/проявляться законы эволюции этого мира ( церковные/библейские сказки принимать во внимание при рассмотрении этих вопросов не стоит). Главной задачей сексуальных отношений в животном мире является размножение, продолжение рода. Через этот механизм действует и эволюция, осуществляя естественный отбор. Потомство должно быть максимально жизнеспособным, для чего оно должно быть обеспечено по возможности оптимальной иммунной системой, должно унаследовать положительные мутации родителей, должно быть защищено на время взросления от воздействия опасных сторонних факторов в самом широком смысле и, разумеется, должно быть обеспечено пищей. Отсюда следует, что спаривание должно обеспечивать оптимальное выполнению именно этих требований. И самка, и самец должны стремиться к выбору партнёра для выполнения именно этих задач эволюционного процесса.
Начинается всё с заложенной в нас генетически естественной потребности. Конкретный объект подвергается в автоматическом режиме подсознательному анализу. Детальный анализ с применением исследований лабораторным путём соответствующих реагентов в крови естественно невозможен, а посему требуемую информацию надлежит получить и проанализировать доступными способами и порой при минимальных сроках. Не зря бытует поговорка: «Тот не любил, кто сразу не влюблялся». Анализируются прежде всего зрительный образ и запах. И всё для определения физиологической совместимости имея в виду прежде всего, повторюсь, обеспечение наиболее жизнеспособного потомства. От вынашивания и родов до взрослости. Анализируется возраст (желательно оптимально репродуктивный), основные пропорции тела (коэффициент талия-бёдра и др., обеспечивающие оптимальное вынашивание и роды), черты лица, несущие прежде всего информацию об иммунной системе (ИС). Оптимальны такие партнёры, которые дополняют друг друга. Формы тела дают информацию о качестве организма. Будучи сами по себе следствием определённого качества своей гормональной системы, они информируют именно об этом. Аналогичная информация идёт и через запах. Это гормональные индикаторы в том смысле, что они отражают состояние гормональной системы и воздействуют на выработку определённых гормонов кандидата в партнёры, которые в свою очередь воздействуют на мозг, стимулируя определённые желания и мысли. Статистика подтверждает: мужчинам нравятся женщины, фигуры которых демонстрируют здоровье на гормональном уровне, определённые пропорции фигуры. Но это только начало. Далее анализируется поведенческий комплекс. Надёжен ли партнёр для обеспечения и защиты потомства. Это для случая перспективности длительных семейных отношений. Такой анализ сложен и требует времени. Сложность ещё и в том, что получаемые данные имеют различные степени. Нехватка по одним параметрам может компенсироваться наличием и степенями других. Учитывается так же наличие иных объектов и производится сравнение с ними. В обработку данных включается уже и сознание. Весомо влияют и сторонние факторы: среда, общий материальный уровень социума, традиции, воспитание, социальный статус объекта. Многокомпонентно и сложно? Конечно, возможны сбои, ошибки? Разумеется. Этому, кстати сказать, способствуют одежда, макияж, а в последнее время во всё большей степени пластическая хирургия, создающая видимость наличия генетически отсутствующего. Мужчин привлекает то, что они видят, а не то, что есть на самом деле. В сущности – это попытки обмануть природу, ввести в заблуждение потенциального партнёра, его гормональные индикаторы, что на потомстве сказывается негативно. Несомненно приводит к росту числа разводов. Обилие и сложность связей отдельных данных приводят к неожиданностям в итогового результата – влечения, которое представляется порой совершенно непредсказуемым. Кстати сказать, действуют на выбор партнёра и свойства интеллекта, однако их влияние легко может пересилить телесная красота, ведь при этом затрагиваются более существенные моменты, она и действует непосредственнее и эффективнее. Пожалуй, тут эволюция несколько поодстала от потребностей времени. Не вписываются в приведенные соображения многочисленные жизненные примеры и по другим причинам, поскольку зачастую требования «здравого смысла», материальной выгоды и некоторых иных соображений часто служат основой выбора при бракосочетании, но не любви, которая составляет нашу тему. Порой практически, обыденно вся система выбора бездействует. Действует простое половое влечение, – поскольку оно без индивидуализации направлено на всех и стремится к чисто количественному, без особенного внимания качеству, сохранению рода.
Для выращивания детей нужно много времени, а, значить, партнёр должен быть, по возможности, долговременным. Это определить сложно, и вероятность ошибки при выборе велика, что подтверждается статистикой разводов. Кроме того, как показывают исследования, долго находиться в состоянии влюблённости «анатомия не позволяет». Как утверждают учёные, даже самые романтические и сильные чувства не могут длиться больше трёх-четырех лет. А чаще всего значительно меньше. Это состояние, как показывает анализ мозговых структур, вообще сродни наркотическому опьянению. В то время, когда начинают ощущаться первые признаки романтической любви организмом начинает вырабатываться фенилэтиламин, который и дает ощущение некоторого опьянения и возбуждения, но такое возбуждение не может длиться вечно. Романтическая любовь длится обычно примерно полтора-три года именно потому, что именно столько времени выделяется фенилэтиламин. Хотя, снова заставить его выделяться в принципе можно, влюбившись в кого-то нового, что некоторые и делают.
Сексуальная привлекательность, к тому же, тоже недолговечна – концентрация обеспечивающего его женского полового гормона – эстрагена со временем снижается. Но для выращивания потомства нужно много времени, поэтому природой приняты определённые меры. Кстати, искусственное изменение гормональных индикаторов включая и пластическую хирургию в этой ситуации играет уже положительную роль. , Природа же после нескольких лет совместной жизни обеспечивает выработку химического соединение, стимулирующее участок мозга, ответственный за чувства привязанности – «химические вещества привязанности». Сексуальная привязанность у женщин обеспечивается гормоном окситоцином. Кстати он же участвует в формировании привязанности между матерью и ребенком при родах и во время кормления грудью.
«Всякая влюбленность, каким бы эфирным созданием она ни представала, коренится всецело в половом влечении, да и сама она есть лишь точнее определенное половое влечение, специфицированное, индивидуализированное (в самом точном смысле этого слова). Половое влечение, хотя в себе оно есть лишь субъективная потребность, умеет очень искусно скрываться под маской объективного восхищения и тем самым обманывать сознание; ибо такая военная хитрость нужна природе для достижения ее целей» Так у Шопенгауэра. И можно было бы продолжить в том же духе на основе последних научных изысканий, но почему-то это для меня малоприятное занятие. Ощущение такое, будто бульдозером материализма давишь нежнейшие чувства, низводя, в сущности, не материальную реальность, под названием Любовь до вполне бездуховных химических процессов. Такие научные дисциплины, как физиология, в том числе физиология высшей нервной деятельности, психология, конкретная социология, выявляют лишь материальные основания любви, общественные условия ее возникновения и развития. Но в ее существе частные науки, как мне представляется, разобраться всё ещё не могут. Любовь – это для нас во многом по-прежнему тайна. Последние достижения науки (американских учёных), разобравших такое возвышенное понятие, как любовь на биохимические составляющие, представляют, как серьёзный удар по романтикам. Обнаружены даже химические компоненты, вызывающие и усиливающие чувство любви. Уже готовятся к выпуску соответствующих лекарств. Если это произойдёт, то это будет означать серьёзное вмешательство в естественные, природные процессы, что представляет значительную опасность для человечества, как в социальном, так и в биологическом аспекте.
Вызывает удивление, что по утверждениям учёных, чувство любви сформировалось сравнительно недавно, всего-то каких-нибудь пять-шесть тысяч лет тому назад.
В.Богун.
