|
|
Словесной мировой стихии Я смею вечного желать, Но беспощадны дни лихие, Лишь вера в счастье — Благодать.
Под флагом верности и чести, С посулом правды на щитах, Вне содроганий алчной мести Идите с гимном на устах.
Не озираясь вслед сомненьям, Направьте взоры ярких глаз Туда, где преданы забвенью И Бог, и подвиг, и наказ.
Всегда о падших беспокойны, Труда подвластны куражу, Вы — так же пламенно достойны — Не пресекайте ту межу,
Где лай похвал подобострастных, Где раболепство, где искус, — И, снизойдя до всех несчастных, Не троньте святость тяжких уз!
Не то — погибнет справедливость, Увянет цвет былой мечты... Но знаю: душная гневливость Падёт пред ликом Красоты!
Что — жалкий блик шершавой меди? Что — краткий отзвук серебра? Когда четы господ и леди Не зрят голодного ребра...
Умом черна, душою ленна, Плюя на горе нищеты, Блудница чрев самовлюбленна, Сродни ей — гомон маяты!
Бессловный змий неистребимый Обласкан, вскормлен, воздвижён Не вашей мудростью пытливой, Но вашей верою прощён...
И будут жадные — в довольстве!.. И будут бедные — в грязи!.. Но самый мученик бездольства Протянет длань, вскричит: "Возьми!.."
Уж стоны гулкие затихли, Уж упованье отцвело... Но страшной бурей, ярым вихрем Творенья бледное крыло
Подъяло пыль самой Природы, И марш Несбывшихся вблизи!.. А там — пещеры вскрыли воды, Плеснули горькие стези!..
...Кому-то — спячка, нам — былина, Другим — безоблачный напев: Как кистям рук послушна глина, Так подчинён вам скромный блеф.
Но — не корыстно, не надменно, А тихим монолитом слов, Вы, словно иноки, смиренно Вернулись к ризам, к воле снов.
И пусть каменья ранят спины! Любой порыв — благая весть Для тех, кто не видал вершины, Для тех, кому тлетворна лесть...
Интриги, ропот, ложь, хуленья Оставьте на Небесный Суд, И да приидет к вам терпенье, С ним дни безбурные придут.
28.10.09
Налилась кипятком голова От такого количества солнца. Всё резвее дневная молва Рвётся в узкие створки оконца.
Распалённый июль, ты взалкал В броской россыпи сцен и оттенков Сургучом пропечатать финал, Впиться в память коварной паненкой.*
Что ж со старта ты мир не терзал, А к тридцатому лишь разогрелся? Зря держал в ожидании зал: За кулисами — августа пьеса.
Что рыдать? Скоро выгорит акт: В угли сжарь исступлённую коду, — Знал чтоб сменщик, продолжив контракт, Кто здесь дока плавильной погоды!
30.07.26
*Паненка (здесь) — это особый и очень дерзкий способ исполнения футбольного пенальти, при котором игрок мягко подсекает мяч по центру ворот, заставляя его лететь по навесной траектории («парашютом»)
о Ленском расстреле
Тротуаров зелёные нити, Говор ласковый, дым фонарей. Шла молва, что готовится митинг, И скрипели засовы дверей.
По ночам ликовали кварталы, Кровли жёлтые прятали сны, И не знали беспечные балы, Как прошения были просты...
Изваянья, фантомы, мерцанья Окружали полуденный бой, — И никто не приял отрицанья, Не оставшись при этом собой.
Стал прозрачным расстрелянный вымпел И рубах обагровленный лён — Заприметились алые нимбы В юных обликах вечных имён.
Им не ждать манифестов, событий, Но — всё те же за скрипом дверей Тротуаров зелёные нити, Говор ласковый, дым фонарей.
18.12.09
"Сумерки, сумерки вешние..." А. Блок
***
Слышу, как истую проповедь, Песню заката в горах. Хочется звуки заковывать, Вторить, лелея в устах.
Вызволить помыслы пленные, Долго таиться в бору, В прошлом провидеть нетленное, Выбраться лишь поутру...
Но без движения слушаю... Мне ли рыдает закат?.. Разъединёнными душами Он ли навечно объят?..
Милые, странные, чуждые Отклики рвутся во мрак, — Здесь — только слёзы ненужные, Роща да чёрный овраг.
Так — обречённо и горестно — Выцвел багряный налив. Жутко мне слышать, как по лесу Ветра несётся порыв.
Долго ли страх я испытывал?.. Всё ж обернулся к реке, Вижу: там волны разбитые, Челн-огонёк вдалеке...
21.10.09
***
И пригожая, и печальная, Обручённая с чужой радостью... В ком природы краса начальная, Тот овеян недужной сладостью.
Я разме́жеван миром вдребезги, Говорю теперь с кроткой силою: Там, где ткутся с улыбкой верески — И болот оскал, моя милая.
За околицей сердце прячется, Клич обманчивый гонит в пустоши... То моё ли сердце ребячится, Или якорь цепкий ко дну спешит?..
04.02.10
Николай Заболоцкий – "Признание"
Зацелована, околдована, С ветром в поле когда-то обвенчана, Вся ты словно в оковы закована, Драгоценная моя женщина!
Не веселая, не печальная, Словно с тёмного неба сошедшая, Ты и песнь моя обручальная, И звезда моя сумасшедшая.
Я склонюсь над твоими коленями, Обниму их с неистовой силою, И слезами и стихотвореньями Обожгу тебя, горькую, милую.
Отвори мне лицо полуночное, Дай войти в эти очи тяжёлые, В эти черные брови восточные, В эти руки твои полуголые.
Что прибавится – не убавится, Что не сбудется – позабудется... Отчего же ты плачешь, красавица? Или это мне только чудится?
1957
Засветилось смиренное утро, И забегала сонная дрожь. Пробуждаются взоры дворами, Впереди себя вижу: идёшь...
Где-то в серых пролётах сознанья, В угловатых созданьях камней Нас сомкнуло тисками асфальта Среди бурых шпилей-фонарей.
Мы внезапно прошли сторонами... С высоты взволновалась печаль! Будто грозы разверзлись над нами — И обрушился ливневый май.
Заалела, взревела комета, Отовсюду неиствует дождь, И из тёмного, бурного неба Вырывается молния-Вождь...
Он явился с блаженной мольбою, — Воплощеньем иного тепла. Нам предстали чудесные зори, Всплыло явью знаме́ние сна.
"Вы мечтайте о Воле и Боге!.. Предрекаю с любовью тогда: Будет небо для вас голубое, Будет мягкое ложе — трава... "
22.06.09
За пропавшее не кляни, В вожделенную ночь замани: Под курантов ревущий бой Объявись желтоглазой совой.
Завещали: «Ты не один!», Утопая в прогалинах льдин. Подсластили: «Всё хорошо!», За спиною припомнив грешок.
Я отравлен, попал в капкан... За тебя брошу внутрь стакан. Там кощунство — где лбом в песок, Там злорадство — где пуля в висок.
Так подайте же щедро мне — Обелиск водрузить на луне! Чтобы видели все и вся: Дважды жить в этом мире нельзя.
...На дыбы встал сонливый смог. Уж прости, если что-то не смог — Рядом вовремя встрять плечом, Покарать недостойных бичом...
Но уверуй в мой храм опять! В строки те, что сумел начертать, — Превратись в абсолютный ноль, Или завтра вернись домой.
Все мы — вольные птицы мглы: Кто-то в рай, для иного — котлы. И боюсь, предстоит гореть, Или выставить спину под плеть.
Так отринь же ты зной обид, Замуруй его в желть пирамид, — Пусть чужие боги возьмут Нашу брань на решающий суд!..
15.04.09
Удивляется взор. Беспредельная магия хора Так терпка! Бесконечный укор в бедно-смирных ветвях разговора — На века!
Храм поник. Вой безлик. Хор в тени, страшный крик. Потемнели черты, Закрываются рты...
На исходе пассажа — Только сажа. В нескончаемой давке — Я — булавка...
16.09.09
Удаль крови, смех напева — В поволоке чёрных глаз! Восходи в урочный час На уступ стального древа!
Это — меч, приявший кротость В безуде́ржности войны, Это — луч, завитый в обруч Перекрученной струны!
И, отринутые жизнью, Мы постигнем глас иной, Мчась сквозь ветра бескорыстье С непокрытой головой...
Скажешь: "Дурно в отдаленьи, Гнёт под кручу горный кряж..." Я в ответ: "Ищи смиренья, Если даже явь — мираж!"
15.09.09
Отборной рифмы по сусекам не скреби, Коль не сочится стих витальной влагой страсти. Там — не стоит вопрос "To be or not to be?": Зол зуд влекущей к излиянию напасти.
Ты — царь, что раз пойдя на променад в толпу, В ней запропал, надев костюм простолюдина. Кому ж ты должен что? Не торопи стопу*, Не ровен час — вновь запоёт твоя Ундина.
Копи сомнений яд и воздыханий пыл, Для битвы должен быть предуготовлен тыл. И покорится чтец, не рано пусть, но поздно!
Его ведёт уже мятежных смыслов нить, Чарует граций первобытных пляс и прыть, Которых звук запечатлел ты ночью слёзной!..
16.07.26
*Стопа (лит.-вед.) — повтор. группа слогов в стихотворной строке
Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ...20... ...30... ...40... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850... ...900... ...950... ...1000... ...1050... ...1100... ...1150... ...1200... ...1250... ...1300... ...1350...
|