|
|
Коррозия не страшна
Ржавчина не одолеет
Механическую руку
Изготовленную из высоко технологических сплавов
Обменяться рукопожатием
Не советуем с нею
Слишком мощная гидравлика
Чересчур крепкое давление
Колец и браслетов не нужно
Одевать на руку эту
Она и так металлирует
Она и так великолепна
А главное любой вандал проклятый
Побоится совершить акт вандализма
Над рукой нежно машущей
Дружелюбно нам на прощание.
Сегодня, 15-го декабря, в 10 часов 42 минуты на свет появилась моя дочь! Вес 3 кг, рост 50 см. Красавица! Мама чувствует себя хорошо.
Ура!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!
На этой лодке с детского рисунка
так радужны и радость, и печаль...
Останься, детка, глупенькая, юнга,
к чему добротный, но чужой причал?
Не разрывай божественный листочек!
Как звонкий парус, замолчавший кротко,
он снова поведёт тебя... А впрочем,
куда ты денешься с подводной лодки?..
Бог с тобой, золотая рыбка.
Как в ладонях ты ярко горишь.
Как игрушка – твоя улыбка.
Не гляди на меня.
Ты принцесса своих угодий.
Но в печальном окрасе дня
Ты горишь совсем не по моде:
Пожалей меня.
Тридцать лет ты ловила, три года,
Я во тьме пробирался по дну.
Пил глотками горькую воду.
Эта правда горька.
А теперь на моих ладонях
Мир пылающий тихо уснул.
Улыбается, как икона.
Как слеза, благодать горька.
Отпусти меня в эти волны –
Буду я в парусах или без.
До краев океаном полный
И тобой.
Только тело вверху золотое
Шевельнет плавником из небес,
И с любовью и тихим покоем:
«Бог с тобой».
- ...Вы же все тут суки! Су-уки! - завизжал Еврипид, пятясь к колонне. Матрос хотел врезать ему прикладом раздолбанной трехлинейки, но промахнулся и угодил по гладкому мрамору. Приклад крякнул и с веселым треском разлетелся на куски. - Ах, ты, блядина! – огорченно взревел бескозырник, разглядывая жалкие обломки грозного доселе оружия, – Ну, ты, Еврипидор, ответишь мне сейчас за порчу революционного имущества! Но поэт, подхватив руками полы хитона, уже нёсся в прохладную темень храма. Второй матрос выхватил чудовищный маузер и попытался поймать его на мушку, но прихотливо бессистемное расположение колонн делало этот замысел нереальным. Он все же выстрелил наугад, и пуля, хитро отрикошетив, чмокнулась в живот товарищу. Напарник, недоуменно матерясь, рухнул на каменные плиты. Ещё не понимая, что происходит, новый Робин Гуд шмальнул второй раз, и пуля опять бумерангом вернулась, попав в висевшую у него на поясном ремне гранату. Раздавшийся взрыв прозвучал, как салют в честь благополучного освобождения Еврипида от смертельной опасности. А он, ничего не зная, продолжал, как олень, мчаться, скинув на ходу для скорости сандалии и хитон. Достигнув полного мрака и окончательно перестав ориентироваться, беглец с размаху влетел лбом в очередную колонну и свалился без сознания. Раненый в живот матрос пришел в себя и негнущимися пальцами попытался скрутить козью ногу. - Убёг, гаденыш, - бормотал он, с изумлением рассматривая кровавую требуху, оставшуюся от приятеля, - но за нас отомстят! Потомки ещё скажут нам спа..., – и краснофлотец ушел из жизни, не успев докурить последней самокрутки. Через некоторое время из чрева храма выползла хмурая гидра контрреволюции и, смачно чавкая, подъела останки матросского пикета. Когда она, вылизав всё до блеска, скрылась, ничто уже больше не напоминало о недавно разыгравшейся трагедии, если не считать нескольких небольших сколов и трещин на мраморных зеркалах античных колонн.
По планете нашей круглой
Раскатилась новость злая
Будто к ней летит коварно
Астероид неизвестный
Сразу вспомнился всем людям
Фильм АРМАГИДОН слащавый
О нефтяниках спортивных
Тех, что бурят очень метко
И немедленно создали
В США и нашей славной,
Родине моей могучей
Комитет спинальный – мудрый
Комитет собрался быстро
И давай смотреть в бинокли
В небо сине-голубое
То, что манит далью – дальней
Все увидели. Ужасно!
Астероид огромадный
Весь покрытый газом вредным
Приближается к планете
Что же делать, как же быть нам?
Кто спасёт в годину лиха?
И спасателями стали –
Два сантехника удачных
Их засунули в ракету
И послали в космос дальний
Что бы те спасали Землю
От проблемы столкновенья
Вантуз, взяв собой гигантский
Два сантехника удачных
Приземлились на объекте –
Астероиде проклятом
На поверхности егоном
Вантуз крепко присосавши
Дернули, что было мочи
Что бы высосать заразу
И о чудо! Всё свершилось!
Прям из недр «Врага Планеты»
СИЛУ извлекли ребята –
Два сантехника – героя
И теперь не страшно людям
Голубой планеты нашей
В Астероиде нет Силы!
Значит нам он безопасен!
Мальчик в вагоне, твои глаза,
Твой сжатый рот, прямой взгляд –
Мне не постичь их, не разгадать,
Они надо мною, землёю над.
Я вижу, вижу – такой же ты,
На двадцать лет старше, запрокинут и пьян
Сжимает в руке неживые цветы
И улыбается – это ж ты сам.
А вот, к дверям прислонился старик,
Пальцы впились в пуговицу пальто...
Но сквозь эту ветхость проступает лик,
Твой лик, мальчик, скажи, ты кто?
И весь вагон: лица все твои,
И все глаза их – глаза твои,
Взывают и требуют каплю любви,
Каплю единственную любви.
Моя остановка. Смотри. Смотри.
В стекле отражаюсь не я, не я.
Я делаю шаг, а внутри, внутри
Руки простёрла любовь твоя.
Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850... ...900... ...950... ...1000... ...1050... ...1100... ...1150... ...1170... ...1180... ...1190... ...1200... ...1210... 1213 1214 1215 1216 1217 1218 1219 1220 1221 1222 1223 ...1230... ...1240... ...1250... ...1260... ...1300... ...1350...
|