Arifis - электронный арт-журнал

назад

2026-09-28 00:34
Адепт обломовщины / Олег Аршинов (Godfather)

­­"Про волшебников забудь
Делай сам хоть что-нибудь"

           Андрей Крутилин

                  ***

Делать сам — я не хочу,
Может, с неба получу?
Так отрадно мне всегда
Жить в достатке без труда.

16.08.26
Адепт обломовщины / Олег Аршинов (Godfather)

2026-09-27 23:58
К Деве Белоснежной "В моро́ке снежных лабиринтов..." / Олег Аршинов (Godfather)

В моро́ке снежных лабиринтов,
В плену стекла и бледных стен
Сияет хладная былинка,
Блуждает в дебрях перемен.

На страждущих — чутка десница,
Коснётся — нежностью дыхнёт...
Заиндевелые ресницы,
Что вьюги бреющий полёт.

Дотронься тайны — и погибнешь...
Пределы — льдинами означь,
Не то в красе морозной сникнешь,
Согнёшься рабски в вечный плач.

Но как постичь Её вершины,
Куда направить корабли
Чтоб всё же распалить глубины —
Вихрь необузданной земли?..

02.10.09
К Деве Белоснежной "В моро́ке снежных лабиринтов..." / Олег Аршинов (Godfather)

2026-09-06 20:58
Прощай "Скоро май, и запляшут тени..." / Олег Аршинов (Godfather)

­­­­­Скоро май, и запляшут тени,
Дети снова с воздушным змеем,
На реке — льда и ветра пляски...
Сонный мир скоро станет ясным.

На стене разгляжу записку:
Так и есть — "Развенчанье близко..."
Блёклый мир скоро вспыхнет ясно,
Ну а ты... Ты всегда прекрасна.

Приворотами не поранишь,
Уж другого на зори манишь.
И не важно, какой породы
Меня конь занесёт на броды.

Поскачу я по жгучей сте́пи,
Безутешность укрыв под кепи.
«Непременно всё станет ясным...» —
Первомай пишет красной краской.

Позабуду страстей подругу
Как февральскую злую вьюгу!
Кто же выметнет в спину камень,
Что зазнобу я блажью маял?..

Нет! — фиалки мои сминались,
А слова сапогом пинались.
Но теперь на зернистом поле
Мне тропинку проложит Воля.

26.04.09
Прощай "Скоро май, и запляшут тени..." / Олег Аршинов (Godfather)

2026-09-06 20:53
Когнитивные выводы / Олег Аршинов (Godfather)

"­­Важны советы мудреца
Но не для глупого лица"

            Андрей Крутилин

                ***

Как жаль, что мало мудрецов,
Проблемы все — из-за глупцов.
В бетонный выстроились ряд,
Главенство догмы — отстоят.

06.08. – 01.09.26
Когнитивные выводы / Олег Аршинов (Godfather)

2026-09-01 17:35
September, 1 / Олег Аршинов (Godfather)

September, First:
Warm days are lost.
No place for host
Of summer ghost.

The door is shut,
Just bend the knee
And heed last sermon
Of the bee.

Don't fall in love
With pain of Fall.
June's shining Dove's
Not gone at all.

We paid the cost,
Stay on your post.
Read Pushkin first,
Then — Robert Frost.

Though dreams are tossed,
I need new myths
To reimpose
Good old beliefs.

Олег Аршинов – 01.09.26
September, 1 / Олег Аршинов (Godfather)

2026-08-28 21:44
Сгорело лето — не заметил... / Олег Аршинов (Godfather)

Сгорело лето — не заметил.
Трёхактный взбалмошный спектакль
Программу пёструю в буклете
Сулил, но отыграл — не так.

Чтоб хоть финальным эпатажем
Сбить пелену с моих глазниц,
Срази природным антуражем,
Прорывом метеограниц.

Пусть карнавал-экстаз не долог —
Танцовщицу объемлет раж.
Несётся августа осколок
В багряно-огненный вираж.

27.08.26
Сгорело лето — не заметил... / Олег Аршинов (Godfather)

2026-08-27 16:00
Иметь в поле зренья окно... / Олег Аршинов (Godfather)

Ю. М.

­­Иметь в поле зренья окно
И считывать время года:
Достаточно даже этого,
Чтобы с улыбкой жить.

Мне счастье в руки не шло,
Я бросил подборы кода.
Но в мае внезапно встретил
Тебя — чтобы полюбить.

Иду в ясный день пешком,
Не чувствуя прежней боли.
В блаженстве — теряя вес,
Взлетая с асфальта в синь.

Так с каждым новым вершком
Слабеет захват юдоли.
Приходит пора чудес,
И Ян обретает Инь.

27.08.26
Иметь в поле зренья окно... / Олег Аршинов (Godfather)

2026-08-23 23:58
Весёлый посёлок "Парк Есенина, правый осколок..." / Олег Аршинов (Godfather)

Парк Есенина, правый осколок.
Недалече курганов — Дворец.
Это место — Весёлый посёлок,
Петербурга восточный торец.

В год нечётный, в декабрьское утро
Мерно сыпался вкрадчивый снег,
И тогда же округлою буквой
Бледный мальчик родился на свет.

Его принял один из кварталов,
Тех, что спальными люди зовут.
И ко сну его мать искупала
В белой ванне, под шёпот минут.

Как все дети, исконно весёлый,
Он пото́м вкусил истинных мук,
Что сготовил родимый Посёлок
Угловатыми ве́твями рук.

Познавал дворовые законы:
Стёкла битые, раненый нос,
Непокорную прозелень кронов,
Вязань трёпанных девичьих кос.

Было вечным присутствие деда
(Был на тральщике бравый моряк) —
Долгой службою выковав кредо,
Чётко видел по курсу маяк.

Волк морской воспитаньем здоровым
Знанье чести надёжно вложил
В бледно-русого мудростью новой,
Пережитками траловых жил.

Юность жаждет любого почёта,
Правда, дома не всё хорошо.
Сводят близкие бытности счёты,
Надевают на юность мешок...

Но унынье — последнее дело!
Есть друзья, что всегда развлекут.
По асфальту текут синим мелом
Реки детства в берёзовый грунт.

Переулки изгибами скобок —
У ватаги вседневный приют.
Кто не чтит разВесёлый посёлок?!
Кто охает бурлящий уют?!

То — гроза для окрестных районов,
Как и вся его братия, знай.
Пусть не первый среди воевод он,
Но и здесь не осел бы Мамай.

...В летний час на железной дороге
«Объявили» Китаю войну:
Через громкую связь голос строгий
Призывал на подъём всю страну!

...Сквозь колючки кустов когти рвали,
Отдышались в ближайшую тень.
Ржавый пульт со столба позже сняли,
Зачем людям война каждый день?

Нету вольности резвой предела!
Что такое — одиннадцать лет?
Нет сомненья, ты бойкий и смелый,
А над кепкой — небесный омлет.

Но семейною бранью порвало
Эту линию праздности в крик,
И от копоти горьких скандалов
Удалился он с матерью вмиг.

Поприжилось нежданное место,
Но привычный квартал не забыть.
Время месит прогорклое тесто,
Велит дедушку похоронить.

На автобусах, автомобилях
Все подъехали: видел кто, знал.
Парня бледного благословили,
Чтобы честь моряка не продал.

Нужно ехать на города север —
Мать не до́лжно одну оставлять.
Но влечёт правобе́режный клевер, —
На́ два дома приходится спать.

Громыхают часы, дни и годы:
Бледный мальчик вдруг юношей стал.
Сквозь бураны, ненастья, невзгоды
Также чтил свой Весёлый причал.

Вновь чарует знакомость маршрутов,
Вот «двенадцатый», «двадцать седьмой», —
И по сереньким улицам-спрутам
Понесётся вагон голубой.

После — двинется к кинотеатру.
Здесь встречаются стуки сердец.
«Буревестник» — что квинты и кварты:
Не тосклив и не весел гордец.

Незнакомы мадам, кавалеры...
Это призраки, рядом их нет.
"Где же мы, дворовые примеры?.."
За плечо кинет горстку монет.

До предела побродит у школы...
Вот уж вечер, зажда́лось метро.
Одурманит осиновый шорох,
Опустевший остынет гудрон.

Был ребёнок, как ясный ягнёнок,
А теперь уже гордый юнец.
Его пристань — Весёлый Посёлок,
Петербурга восточный торец.

март 2009
Весёлый посёлок "Парк Есенина, правый осколок..." / Олег Аршинов (Godfather)

2026-08-20 01:35
Откровения одного офицера Известной Особе / Олег Аршинов (Godfather)

В данном сочинении автор передаёт лишь художественный замысел, никаким образом не встраивая его в социальный и политический контекст, ни на что не намекая в этом смысле и ни к чему не призывая. Также автор осуждает все формы насилия. Понятие «власть» и др. подобные в рассказе, а также топонимы — лишь сюжетные функции, к реальным их эквивалентам (в тот момент, когда вы читаете текст) не имеющие никакого отношения. Это примечание актуально и на дату написания, и на дату публикации, и в последующие годы. 

 

 

Найдено в дневнике осуждённого за организацию революционного мятежа и по другим статьям Уголовного Кодекса. 

 

 

"...О, Дарья. О, нежная. Какое наслаждение — идти наперекор чувству стыда, когда оно царапает и кусает, но — как итог — меня не столько поражает боль, сколько пленяет сладострастие. Почему бы тебе не стать Соблазнительницей, которая будет заманивать меня в это благоуханное болото противоречивых страстей. Почему бы тебе не заставить меня обратить честный взор на себя — распутного, на себя — коварного, на себя — Пленника похоти и тайного слуги тёмных желаний. Впрочем, я уже не могу молчать. Ведь один твой взгляд! — за мгновение может уничтожить укоренившееся в недрах души, и — всех касающееся — недоверие. И именно этот взгляд вызывает к жизни те самые «совершенно недопустимые» фразы и выражения. 

 

Некоторое время я думал, почему я хочу быть перед тобой беспредельно откровенным, что это за настойчивое влечение зародилось во мне. И вскоре я понял, что глядя на тебя, видя твоё нежное очарование, — столь же беспардонно эротичное, сколь девственно скромное, — глядя на этот воспалённый цветением цветок, — я хочу безжалостно осквернить его, измять, испортить, и — насладиться этим. Желание заманить в порок, увлечь в страсть именно наиболее уточнённую, ангельскую красоту, которая будто бы создана для вечного воспевания в поэмах. В моей власти погубить Очаровательное незнание — и погрузить его в скверные глубины Нечистоты. Да, в этом моя болезненная, горькая мания. Не столько желание довериться, сколько желание утвердить пошлую и бесноватую самость. 

 

1. 

 

Итак, Дарья. Революция близко. Так считает и публицист Н.........ов, и твой Непокорный Слуга. А значит и бесчинства, и побоища, и извержение так терпеливо копившейся злобы — близко. И вот одна из моих зарисовок. ...Тайное общество философов дожидается-таки своего часа, и на волне поднявшегося восстания и всеобщего социального хаоса — находит себе применение в формировании радикально ориентированной идеологической атмосферы. Вот уже и распределяем, кто и чем заниматься будет (а по сути — кто, и как будет уничтожать ближних своих), — где найдёт применение своим злым и мрачным талантам. 

 

И вот, в Москве, естественно, ещё брыкаются и бултыхаются оставшиеся очаги сопротивления издыхающей нынешней (ещё официально не сменённой) власти. Формируются петербургские отряды, которые должны будут быть брошены на помощь отчаянно дерущимся воинам очередной русской революции, очередного буйства русской души. 

 

Я, естественно, не могу упустить шанса приложиться и своим ботинком к добиванию до состояния трупа упорно трепыхающейся в конвульсиях реакционной гадины (противницы и мысли, и духа — сторонницы серости и вульгарности). И я присоединяюсь непосредственно к наступающим на Москву, — в составе офицеров идеологической бригады, имеющих, разумеется, и силовые полномочия. Конечно, принимая решение участвовать именно в наступлении на Москву, а не в построении карьеры в петербургском новом правительстве, — я думал о тебе, Дарья. 

 

Естественно, когда в Петербурге произошёл коллапс в работе правоохранительных органов, и я вошёл в верхушку районной идеологической бригады, — я перенасиловал всех, кого когда-либо хотел из районных девок. Да и слово «перенасиловал» не всегда являлось бы уместным — многие отдавались охотно, когда оказывалось, что и они имели ко мне симпатию до революции, но просто не пришлось сойтись. Другие отдавались из соображений выживания и социальных перспектив (каждая из таких надеялась, что я пришёл именно к ней, чтобы сделать её своей женой). К оставшимся приходилось применять грубую силу и различные, довольно страшные и жестокие угрозы. 

 

О, какое сладкое, упоительное чувство, когда вырывается на свободу возможность быть реальным хозяином положения — подняться на несколько этажей выше (в своей парадной), с «проверкой документов и личного имущества на предмет реакционной деятельности» — с ходу нанести один или два удара в лицо онемевшей от ужаса женщине, резким движением схватить её за копну волос и потащить её, извивающуюся, в недра квартиры — к заветной, казавшейся навеки недоступной и священной — кровати. Дверь в комнату грубо отпихивается ногой... Ты на пару секунд отпускаешь её, дав перевести дух, — а на самом деле для того, чтобы насладиться выразившимся на её лице ощущением неизбежности подчинения и унижения. Вот она на полу посреди комнаты, — растрёпанная тварь, казавшаяся когда-то богиней. 

 

Раньше я тешился мечтами о том, каким я буду чистым и справедливым революционером. Вот только наберемся мы силы, — сразу поднимутся на всеобщее обозрение и достояние мои наилучшие духовные богатства, — буду щедро и бескорыстно я делиться ими с миром, людьми. И как быстро улетучились эти фантазии, когда я получил реальную власть в районе своего проживания. Какими пустыми, малозначащими, даже немного нелепыми показались мне эти прошлые мечты, самодовольные иллюзии, которые были лишь одним из средств, питающих мою мотивацию, усыпляющих честный взгляд на себя, — который мог бы испортить всё дело. 

 

...И вот, наша колонна на подходе к Москве. По моему приказу наша бригада остановилась в подмосковном районе М. Да, я сознательно решил остановиться именно там. У нового главы района я узнал твой адрес. Неужели я могу ворваться так же и к тебе, и никакие, ещё недавно казавшиеся непреодолимыми, препятствия — не «загородят дорогу молодца», как в русской народной песне?.. 

Конечно, благородство я давно похоронил, я уже вижу, как подъезжает мой автомобиль в этот тихий серый райончик, почти наглухо затихший после входа нашей бригады в городок. Всё замерло, всё тайно трепещет в ожидании карающих и губящих воинов. Но мне кажется, ты одна сидишь в своей квартире на стуле в абсолютном спокойствии. И, кстати, дверь не заперта. Ты ведь помнишь, как я раньше шутил, что я украду тебя и увезу с собой. Только тогда — меня страшила полиция, а теперь я сам — власть и сила. 

 

Да, дверь не заперта. Вот я поднялся со странной дрожью по лестнице, оставив охрану внизу, у машины. Я захожу в твою квартиру, — в первый раз. Я знаю, ты в комнате. Остановившись на секунду у порога, я понял, что сейчас всё будет совершенно по-другому. Может быть, ещё страшнее, чем обычно, в Петербурге?.. Я перешагнул через порог комнаты. Ты сидишь на стуле прямо передо мной, и смотришь совершенно спокойно. Не ни зла, ни добра в твоём лице. Одно спокойствие. Я делаю один шаг, другой. Ты опускаешь взор, но — не смущаясь, а словно отвлёкшись на другие мысли. И тут... я понял, что даже здесь, и при всей силе своих полномочий — до сих пор в твоей власти. Ты не боишься меня. Потому что знаешь, — чем ты являешься для меня. Потрясённый этой мыслью, я падаю на колени. Слёзы текут по моим щекам. Ты с равнодушным молчанием, но не показным, а словно будничным — сидишь на стуле. ...В каком-то непонятном, истерическом порыве я бросаюсь к твоим ногам... Прекрасные босые ноги. Я в страшных рыданиях благодарю весь мир за то, что... через секунду... уже покрываю эти ноги поцелуями. 

 

...Охрана уже стучит в дверь. Я не знаю, сколько я лежу на полу в своих рыданиях... А ты? 

 

Ты так и не сказала ни слова. Но... опускается рука.  

 

Ты — гладишь меня по голове." 

 

осень 2015 

Откровения одного офицера Известной Особе / Олег Аршинов (Godfather)

2026-08-20 01:06
Воспоминание "Провожали мы тяжкую молодость..." / Олег Аршинов (Godfather)

­­Провожали мы тяжкую молодость,
Прогоняли тоску со двора,
А дорог запылённые полосы
Разрывались правдивым "Пора..."

Не витать в этой неге таинственной,
Не ловить безмятежную синь,
Где пленил я мечты о единственной
И вкусил увядания стынь.

Отзвенели трамваи осенние,
Расточилась крещенская тишь,
И рассеялись крики весенние...
Нынче новую пьесу расслышь!

Были томные, прыткие, шумные,
Разбредались под вечер мечтать.
Что теперь? Всё чудны́е, безумные,
И в тревоге беспечная гладь.

Вот навстречу парят к нам волшебницы,
Тоже с грустью, укором губя.
И краснея, загадочно шепчутся...
"Этот юноша любит тебя?.."

Пузырится, вздымается платьице...
О, прелестная, спрячь же глаза!
Мне кручиной до гроба отплатится,
Что зажёг над тобой образа.

28.01.10
Воспоминание "Провожали мы тяжкую молодость..." / Олег Аршинов (Godfather)

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 ...10... ...20... ...30... ...40... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...450... ...500... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850... ...900... ...950... ...1000... ...1050... ...1100... ...1150... ...1200... ...1250... ...1300... ...1350... 

 

  Электронный арт-журнал ARIFIS
Copyright © Arifis, 2005-2026
при перепечатке любых материалов, представленных на сайте, ссылка на arifis.ru обязательна
webmaster Eldemir ( 0.225)