«Все кошмары приводят к морю…» Леон Фелипе «Дознание».
Вы знаете зимнее море?
Двести пятьдесят шесть оттенков серого.
Волны – псы в охотничьей своре:
загрызут и утопят первого,
вышедшего на пляж
в непростительном одиночестве.
От него не останется даже
имени
(не говоря об отчестве).
Мы будем только знать, что его горе
имело ровно двести пятьдесят шесть градаций.
Ведь это оно притащило беднягу на взморье,
Чтобы с другой безудержной стихией
Разнообразием оттенков
Посчитаться...
Ты глядишь наивно и несмело,
Будто бы тебе не сотни лет,
Будто не к тебе грудастой Геллой
Приходило счастье на обед,
Будто бы не ты средь сцилл с харибдами
Нехотя рубился в домино,
Будто бы не ты златыми рыбками
Украшал хрустальное окно,
Будто всё, что было и пропало,
Снова кровь и запах обрело,
Будто одного крыла тебе не мало,
Чтобы биться в мутное стекло…
Ты глядишь в распахнутые очи,
В расцветающую жизни лебеду,
И ты знаешь «холод вечной ночи» -
Лишь слова!
И – празднуешь беду!
А знаешь, я не всё успела сказать,
Ну помнишь, то, что тогда не договорила.
Ты обиделся, ведь ты не мог знать,
Что я старалась, но у меня не хватило силы.
У меня не хватило птиц, ветра и солнца...
Помнишь, водосточные трубы разрывала каменная вода?
А сейчас, даже если та зима счастливо вернётся,
Мы туда не сможем вернуться никогда.
И пусть я певчих птиц в рукавах хранить научилась,
А зимнюю улицу солнцем вымыть могу,
Разговора уже навсегда не получилось.
Но тёплая тень твоя лежит на синем снегу.
Не пишутся стихи под Новый Год,
Ни поздравленья, ни любовный вирш
Душа в томленьи, все чего-то ждет
И отчего молчишь, не говоришь?
Ты замерла, дыханье затаив,
Боясь признаться и себе самой,
Что хрупкий и божественный мотив
Вибрирует натянутой струной.
Узором снежным ты обнажена,
Свой сон теплом боишься растопить
В задумчивом молчании одна
Готова и обнять, и полюбить…
Не пишутся стихи под Новый Год,
Обычный день, всего лишь смена дат
Так отчего душа чего-то ждет?
И так боится посмотреть назад…
30.12.2008.
Белый, хохлатый, весь меховой-кружевной,
В синем-пресинем, в безоблачном – крохотным выстрелом.
Что же ты делаешь, голубь почтовый, со мной,
Носишь и носишь мне вести из небушка чистого?
Что я должна прочитать на кленовых листках,
Жарко цветущих, в отточиях влажного бисера?
Как я смогу удержать в задрожавших руках
Письма и письма в бесчисленных знаках, в бессмыссленных?
Мне не поможет сентябрьский, в подпалинах, сад,
Прямо к ногам моим тихое яблоко катится.
Голубь, ребёнок, лети, мой хороший, назад,
И на словах передай: "Адресата не значится."