Ю. М.
В пылком золоте плавились дни,
В целом мире мы были одни.
Вспомни вкрадчивый шёпот берёз
В дуновении сбывшихся грёз.
Та дремотная ласка небес
Нас коснулась в эпоху чудес.
И с тех пор моё сердце зажгли
Светозарные очи Твои.
Мы прошли тропой белых цветов
Через просеку диких лесов,
Через мутную негу мечты,
Через мглу... И всегда со мной Ты.
Солнце дивное первой весны,
Словно отзвук гитарной струны,
Нас пленило, ручьями звеня,
Томноокая дева моя.
12.02.26
На фронте без особых перемен.
Но я ведь, знаю – перемены были.
В сердце моём, убийственная весть.
Отца убили.
Отца убили.
Отца убили.
О как печальны и чисты
пустые белые листы,
над ними словно над добычей
лицо бледнее чем обычно,
лицо тревожней чем всегда,
и рассекают провода
наискосок объем привычный.
Одна часть неба – прежний мир -
бегут ручьи, цветет инжир
и разноцветно реют флаги;
другая часть – – листы бумаги,
письмо, стихи или роман,
рисунок детства, жизни план...
- Заткните этот чертов кран!
Уже и так достанет влаги.
В дурманных травах утонув,
Взор устремив свой к небосводу,
Под трели птиц предался сну,
Всем телом ощутив природу.
В пушистой вате облаков,
Плывущих в океане неба
В обитель призрачных богов
И душ, покинувших вдруг тело,
Привиделся мне в профиль лик
В гробу лежащего поэта,
Чей гений так внезапно стих
От глупой пули пистолета.
И растворился почти вмиг,
От дрёмы сладкой пробуждая,
Тревожа ум: зачем возник
Он вдруг среди земного рая?
Начинать сначала поздно
и на круг не хочешь новый,
и в пыли остался звёздной
месяц брошенной подковой.
Ветка в облако врастает
и ложится тенью синей,
жизнь, конечно, не простая -
на ладони столько линий.
Улыбнись – и утром солнце
поцелует тополь в темя,
в снах красивых остаётся
золотое наше время.
Не вздыхай, что годы мимо
и стареть не так уж просто...
для того большие зимы,
чтобы мы ценили вёсны.
.jpg)
