Где только ни жили, малыш мой, с тобой.
Я помню, как воздух блестел голубой,
Вода золотая блестела.
И птица на ветке сидела.
С квартир мы съезжали в каком-то дыму,
Но снова я видел, как сквозь пелену
Навстречу летит голубое,
И белое, и золотое.
И жили мы бедно, и жили не так,
И всё ж, окунаясь в малиновый мрак,
Я помню, как счастливы были
И как мы друг друга любили.
И, Бог мой, я вижу, я вижу во сне,
Как ты наклоняешься тихо ко мне,
Ладони свои приближаешь
И свет от меня закрываешь.
Елене Ступниковой
В размытости неба
в мытарстве извечном
кочует луна –
эфемерное нечто,
а я по дорожке
фонарной,
не млечной
иду босиком,
улыбаясь беспечно.
Стопой ощущая твердыню земную,
душой воспаряя.
«Давай поцелую» –
шепну я случайному другу.
Пустяк –
касание губ,
но шалеет простак.
И вот размывает желанье зрачок,
и тикает кровь в голове, как сверчок.
Но я как луна –
эфемерное нечто,
махнула рукой,
засмеялась беспечно.
И скрылась.
Быть может, за тучей луна
сегодня гуляет совсем не одна?
* * *
Зачем стихи? Что, разве был указ?
Поэты сочиняют друг для друга
В пределах неочерченного круга
И говорят, мол, где-то есть Парнас.
Но днём с огнём любителей стихов
Ищи-свищи – их бесконечно мало,
И много раз в истории бывало:
Стишки читаешь? Сволочь! Бей его!
Конечно, мама мыла мылом раму,
И зайку под дождём бросал малыш,
Но рифмами изложенная драма?
Народу подавай «Шумел камыш».
Стакан-другой – и хочется послушать,
А ну, черноголовый, врежь романс!
Осоловев, искусства просят души,
Пока конает алкогольный транс.
Века бродили барды по дорогам,
Исчезла Троя, пал развратный Рим. . .
Стихи угодны чёрту или Богу,
Они – Читатели, и все вопросы – к ним.
Это столб.
Это сосна.
Малыш морщит лоб.
Весна.
В кармане –
Лимонная карамель.
Это дерево.
Это ель.
Скоро тридцать лет,
Как меня там нет.
Это чашка.
Это табурет.
Отец улыбается.
Это стол.
Это ножницы.
Это сосновый пол.
Есть чего-то, нет чего-то,
И в газетах не прочесть.
Но и всё же что-то есть.
Скажем, так: семья, работа…
Скажем: день субботний мил,
Понедельник неприятен.
Кто в гробу лежит, опрятен,
Кто кого-то пережил.
Все мы бренны и тихи,
Кроме тех, кто зол и весел.
Кроме ветчины и песен,
Нам оставлены стихи.
Косолапый – не косой!
И не маленький – большой!
Может много скушать меда,
А еще проспать полгода.
Кто мышкует на опушке,
Что за рыжий огонек? -
Шевеля тихонько ушком,
Вдруг замрет и сразу – скок!
Он почти до потолка,
Не дотянется рука,
Он с дверями, как и дом,
А живет одежда в нем.
Что за чудо это?
Прямо среди лета
Маленькие льдинки
Скачут на тропинке!
Да, умею я летать,
Да, умею ворковать,
Но, поскольку, не задира,
Я еще и символ мира!
Есть одна на голове,
А вторая по траве
Ходит устали не зная,
А еще одна – речная.
Тяжело, конечно было,
Но пилила и пилила
И старалась, как могла,
Распилила и легла.
Что с головкою большою
И с хвостом на месте спинки?
Что еще не лягушонок,
Но уже и не икринка?
Есть рубашки у окна,
Сразу две, а не одна,
Темный вечер наступает,
И оно их надевает.
Маша, Лиза, Катя, Рая, -
Я знаком со всеми ими
И никак не обзываю,
Ведь они имеют ...
14.02.07
Ответы вразбивку: шторы, медведь, имя, пила, лиса, головастик, шкаф, голубь, коса, градинки.