Arifis - электронный арт-журнал

назад

Настроение / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

Вечность / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

2010-01-23 15:21
Души моей столица / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

-Ничего забыть не бойся!-
Мне звезда моя сказала.
Скорый поезд «лето – осень»
Отправлялся от вокзала
По звенящему июню,
По зноящему июлю,
Через полдни, полнолунья,
Через август – к сентябрю.

А в окне летели кони,
И мелькали чьи-то лица.
Но одно – как будто в раме
Выплывало из закатов.
Я тогда, возможно, понял,
Что души моей столица
Не за дальними горами,
А в лесах твоих ресниц!

Души моей столица / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

2010-01-23 15:20
Хохоча / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

Говорят мне, что умнеть не поздно,
Если по мозгам не бьёт моча.
Только не могу я быть серьезным
Слишком долго. Даже по ночам.

Сам не понимаю, отчего же
Раз по десять за ночь, не сбрехну,
Хохотом со всхлипами тревожу
Так и не привыкшую жену.

В стенку постучит сосед, бывает,
Я с кровати слазию ползком
И от смеха на полу рыдаю,
Слёзы утирая кулаком.

А во время «малого» забега
В туалет, в ночи, «для куражу»
На фаянсе белого «ковчега»,
Хохоча, рисунки вывожу.

И немеет мышца челюстная
От смешной сортирной чепухи.

Я, когда весёлый, создаваю
Вот такие классные стихи!
Хохоча / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

2010-01-23 11:01
Прощеное воскресенье / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

… Оделся и пошел за булкой. Пришлось, потому что. Не будешь ведь завтракать пустым чаем!  

У подъезда на лавочке бабка Александра уже гуляет. Платочек беленький, в горошек, дореволюционный, туфли лаковые времен ее молодости…. Нарядная, короче. И благостная без меры – никогда ее мерзкую крысиную харю такой елейной не видел.  

- Славик, Вы в магазин? Небось, и бутылочку, как обычно в праздник?  

- Бутылочку – непременно, баба Саша. Хоть и не знаю, что у Вас за праздник.  

-Ну как же, Славик? Сегодня ведь Прощеное воскресенье. Вы, Славик, простите уж меня за всё, что невольное было….  

- И меня, Бабсаша, простите, хоть и не за что, – отвечаю чисто механически и – вдоль стеночки за кустами, к магазину прямо через сквер. Иду и думаю:  

- Вот ведь, гадина! Умеет настроение к нулю сбить! Какой я ей Славик в пятьдесят два года? Какое «воскресенье прощеное»? Какая бутылочка «как обычно»?  

Бабка Александра…. Ну да, вы же её не знаете! Родилась она неизвестно где и когда, неизвестно, чем жизнь её ушибла, но характером к ее неполным семидесяти стала настолько «целеустремлённая», настолько настырная и въедливая – … не бабка, а бурав! Торпеда! За два года, как в наш подъезд вселилась, сумела всех друг с другом перессорить, все обычные соседские отношения «соль – спички – сахар» подорвать, не было человека, про которого что-нибудь «для пользы дела» его домашним не доложила. А чем бы ей ещё заниматься целыми днями? Только вот сплетни, да еще религия. В городе две церквушки да мужской монастырь с десятком «братии» – «братанов», по местному. Вот бабка Александра с утра свои культурные заведения обойдёт, чего надо отстоит, открестится, отслушает – и на лавку у подъезда. И глазками своими – пуговками зырк – зырк по сторонам. Ага, Нинка с чужим мужиком две минуты простояла, Вольдемар Снисарович стеклом в портфеле звякнул, Катьку одноклассник провожал…. На следующий день по разным квартирам где – скандал, где – слёзы и упрёки, где – уже чемоданы наготове. С бабкой мы справлялись только через её внука, студента Кешу. Кеша мог её как-то перенастроить, подкорректировать, «перезагрузить» – по его словам, но надолго и этого обычно не хватало, пока месяц назад Кеша не познакомил её … с Интернетом. Бабка оказалась на редкость смышлёная, быстро научилась целиться мышкой и тыкать в кнопки, но интерес у неё остался прежний – религия. Кешка проговорился, что и увлек-то он её именно тем, что показал какой-то монастырский сайт. И началось! И ни дня всему двору без её последних новостей! А потом в ход пошло мусульманство, буддизм, протестантство, католицизм и прочая, и прочая…. В один прекрасный момент у бабки Александры все религии в головёнке настолько смешались, смотались в тугой клубок и перевязались между собой узлами, что Кеша вынужден был поставить ограничения на время бабкиных гуляний по «паутине». Тогда она стала, как маньячка, транжирить свою пенсию в интернет – кафе, надоедать игроманам – снайперам глупыми, по их мнению, вопросами в самые напряженные минуты схваток. Кеше поступила очередная жалоба, и он снова открыл бабке свободный доступ к сети. Я же говорю, что бабка – это живой бурав! Но теперь бабка пристрастилась и к играм. В DOOM у неё, конечно, не получалось, а вот пасьянсы она раскидывала лихо. Дошло до того, что Кешке приходилось свои рефераты в библиотеке писать, «как дикому человеку».  

Выходить во двор бабка Александра стала реже, семейные скандалы пошли потихоньку на спад и последние дня три – четыре люди даже улыбаться друг другу начали и, представьте, здороваться! И как это я сегодня на неё наткнулся?  

Ага, вот она караулит. Жалко, что до магазина всего три с половиной минуты, и, если без очереди, неполных десять туда-обратно.  

- Этот праздник, Славик, вся православная Европа отмечает, все страны передовые. Вы бы на всякий случай и у супруги прощения попросили. Хоть в мыслях, да все мы грешны, все друг перед другом виноваты. А уж на небесах непременно всё зачтётся.  

Зануда – греховодница! Доведёт до настоящего греха: стукну её батоном – испоганю хлебушек!  

Пока поднимался к себе, думаю: – умеет же человечество даже из пустого праздник устроить! Что можно было простить – у всех уже прощено, а что нельзя – не простится никогда. А потом вдруг пришло: – бывает же, что не заметишь, как человека обидел. И правильно, что на все такие случаи специальный день есть.  

Жена открыла, я ей прямо с порога, только ботинки скинул:  

- Валентина, ты уж прости меня, если что…  

Она побледнела, говорит:  

- Подожди, руки помою.  

Потом в кухне на табуретку передо мной уселась:  

-Ну рассказывай, что натворил?  

А у самой губы трясутся.  

- Успокойся, – говорю, – нечему случиться: на десять минут выходил. Даже костюм не надевал.  

- Слава, ты выходной костюм испортил? Он же пять тыщ стоит! Почти пять. Четыре – двести сорок. Ему же три года всего.  

- Какой костюм! Валюха, день сегодня такой – прощения надо просить.  

- Славочка, скажи, как есть! Может, деньги потерял?  

- Я же у тебя только на батон из кошелька взял.  

- А я почём знаю? Не слежу ведь за тобой. Может, ты меня по жизни обманываешь, а я – такая дура доверчивая!....  

Тут у супруги слёзы хлынули, голову на стол уронила. На руки, разумеется, но стукнулась всё равно приличненько. И еще горше зарыдала. С подвываньями. И через подвыванья и всхлипы:  

- Может, другую себе завёл давно! Я, дура, не знала, а ты – завёл! На тебя девки смолоду заглядывались! Я себе сколько раз говорила, что ты специально на такой простухе женился, чтобы налево гулять! И куда я теперь, никому не нужная? Послала, называется, мужика в магазин! Ой, ду-ура! Знала бы – сама лучше пошла!  

И вдруг затихла. Меня холодный пот прошиб: померла? Не должна, вроде – плечи дрожат немного! Просто сознанье потеряла? Делать-то что? Валерьянки налить? Валидолу дать? И заметался по кухоньке, роняя табуретки, хлопая дверцами шкафов. Еле этот валидол чертов нашел, голову Валюхе поднял, под язык таблетку засунул. Подумал еще: правильно ли делаю? Потом на руки её – и в спальню, на оттоманку. От соседа снизу скорую по телефону вызвал – и его переполошил. Хорошо – фельдшерица быстро подъехала: укол какой-то вколола и велела лежать больной спокойно, не вставать, ничего не делать. На меня, правда, зыркнула сердито. Мол, что мужик со своей супругой сделал?! Не берегут, мол, мужики женщин!  

Вот так вот позавтракали! Так вот воскресенье началось! А ещё собирались сегодня тёщу с тестем навестить!  

Да, далеко нам еще до просвещённой Европы!  

Ну и змеища же эта бабка Александра!  

Прощеное воскресенье / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

Скифская лошадка / Новоселова Яна (Yana)

2010-01-22 19:38
Инквизиция / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

- Крутится, говоришь?  

- Вращается!  

- А солнце, значит, вокруг?  

- Вокруг!  

- По орбите, значит, солнце?  

- По орбите!  

- А звёзды, значит, такие же солнца?  

- Ну, в принципе….  

- А твердь небесная…?  

- Без неё получается…!  

- А Всевышний...?  

- Получается, и без него! Нет, я-то признаю, что он участвовал, даже организовывал…. Но не вписывается как-то…. Вот, пришел специально к Вам, доложить, разобраться, посоветоваться….  

- Ага, доложить и посоветоваться…. Специально…. После того, как на площади всенародно обсудили…. Как его зовут, говоришь? Во как! Галилео! …А ведь когда-то учились вместе. Хороший пацан был: списывать всегда давал. И подсказывал. Ну, спасибо, что зашел! Тебя-то как? ...Педро? Просто Педро, и всё? Ага, ну пусть просто Педро! Ты вот что, просто Педро, иди теперь домой. Не беспокойся, Инквизиция во всём разберётся. На то мы тут и поставлены. Иди, иди: мне работать надо!  

 

- Ну, «просто Педро»…!!! Подумаешь, Америку открыл: Земля не плоская, Солнце вокруг неё, а не по сфере небесной! Удивил, двоечник несчастный: в пятом классе это проходят! Ох, …а реагировать надо! Вызвать, что ли Галилея, поговорить, чтобы язык попридержал? …Да, пожалуй, пусть на той же площади отречётся. Но в конце что-нибудь «козырное» может сказать. Типа: «А всё-таки она вертится!» А что, неплохо, по-моему?!  

 

Инквизиция / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

2010-01-22 19:37
Искусней поэт рассыпает слова / Mesnevi

Искусней поэт рассыпает слова,
Чем руки красавиц плетут кружева.

Красою его сочиненья горят,
Как золотом шитый парчовый наряд.

Кого в это платье поэт облечёт,
Того неземной ожидает почёт.

Все стороны света услышат хвалу,
А строки заставят плясать и скалу.

Но, чтоб обладать той обновой по праву,
Трудами должна быть заслужена слава.

Пороки не скрыть паутиною слов,
Как дух не сломить обручами оков.

Пусть легче китайского шёлка строка,
Придавят носящего эти шелка.

Едва лишь засыпан он будет землёю,
Как память о нём вмиг сожмётся петлёю.

Проклятьем отмечен тирана уход,
И гимны ему позабудет народ.

Печален удел стихотворцев придворных -
Создателей гимнов хвалебно-притворных.

Жалка их судьба, словно жизнь соловья,
Поющего в клетке. Еды и питья

Ему не жалеют бесчестные руки
За трелей чарующих сладкие звуки.

Но в чащу лесов он не волен лететь,
Навек обречён в заточении петь.

Тиранам народ не слагает стихов,
Не жалует словом и их соловьёв.

Не пойте и тем, что строки не поймут, –
Ослы понимают лишь сено да кнут.

Так будьте поэты Призванью верны -
Свобода творить не имеет цены.

Клеймите пороки людские умело,
Со скверной бороться – полезное дело.

Пишите о том, что приятно сердцам,
Даруйте стихи, как душевный бальзам.

Равняйтесь, слагая, на лучших творцов -
Вам небо расцвечивать радугой слов.

Пусть в жизни земной согревает людей
Клинком вдохновенья добытый трофей!

Искусней поэт рассыпает слова / Mesnevi

2010-01-22 19:36
Там, где небо васильковое / Mesnevi

Там, где небо васильковое
Льёт рассветы в маки алые,
За оградою тесовою
Отзвенело детство шалое.

Домик дедов – терем сказочный,
В резных ставнях – быль-предание.
Радуга над кровлей пряничной
Дарит дивное сияние.

В бирюзовом небе пташечки
В облака ныряют белые.
Внуку в розовой рубашечке
Дедушка игрушку делает...

Отчего душе так благостно?
Что за чудное видение?
Просто я средь будней яростных
Веки смежил на мгновение.

Там, где небо васильковое / Mesnevi

2010-01-22 19:33
Дуся / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

 

 

- Дуся, слезь со стола!  

- Дуся, не рви диван!  

Дуся – ноль внимания. Понимает, что очаровашка, Понимает, что любимый ребёнок. Иногда кажется, что она понимает не по возрасту много и не для кошки – по-людски: вообще всё. Пользуется нашим с женой к ней трепетным отношением «на все сто».  

Вот она проверила, что мы едим: уж не мясо ли, да без неё? Не мясо? Точно не мясо? Всё равно дайте попробовать! А просит она, как будто в цирке десять лет отработала: садится столбиком и «хлопает в ладоши». Где научилась? И попробуй заглушить свою совесть, не бросить кусочек! Держим себя «в руках». Заглушаем. Дуся это чувствует, запрыгивает на колени, потом встает передними лапами на стол, как за трибуну, и … лапой вытаскивает себе угощение сама.  

- Кыш, Дуся! Как будто мы тебя не кормим!  

- Кормите, конечно, но это – добыча. Я же хищница, хоть милая и домашняя!  

Кстати, самая интересная «добыча» – сыр. Его легко зацепить когтем и подкинуть. А потом погнать перед собой по коридору и где-нибудь в углу куснуть «за бок». Сырной «мыши» хватает минут на пятнадцать – двадцать. Потом она «убывает» до микроскопических размеров и становится обыкновенной едой. Так же можно погонять и сосиску, но сосиска – еда скоропортящаяся, поэтому игра короче вдвое.  

 

Прошлым летом Дуся спасла себя. Кто-то выкинул её, ещё слепую, к дворовой помойке, то ли в надежде, что люди подберут, то ли в надежде, что машины задавят. Всю ночь Дуся без перерывов кричала, звала на помощь. Всю ночь! Утром моя жена не выдержала, принесла котёнка домой, хотя «на воспитании» уже были две кошки. Как говорят на востоке: ребёнок в доме – родителям радость. Радости мы сразу-то и не ощутили: рёва преизряднейшая, да и наши две кошки её приняли достаточно прохладно, не обижали, но «в уходе» не помогали. Вскормлена была Дуся из пипетки, потом из маленьких лекарственных баночек-пузырьков, а когда все резиновые «соскИ» стали прокусываться «на раз» – из мелкого блюдца. Своевольный Дусин характер проявился уже с младенчества: лакать она долго отказывалась, а когда добивалась соски, сосала с особым причмокиванием и нежным обниманием «кормилицы».  

 

Утро начинается в пять пятнадцать. Дуся просыпается и идёт будить нас. Вставай, семья! Процесс побудки – «по протоколу», с бодрых песен и поцелуев в губы. Ах, не просыпаетесь? Тогда одного – за усы, другую – за ухо! Вы всё ещё спите? Глазки не раскрыть? Помогу, как смогу! Вот так, за ресницы зубками нежненько потянем…, слиплись – помоем. Язык-то на что?! Ну и сони! Ох, что с вами сделаешь? Ладно, полежу в головах, макушечки вам полижу! …Заодно и лишние волосинки выдерну!  

Наконец кто-нибудь из нас не выдерживает, и Дуся с беззлобными укорами (Да что же тебе не спиться-то, зверюга?!) переносится в маленькую комнату (там дверь открывается «на себя», сил котячьих не хватит), в заточение. Теперь уж какой сон? Так, подрёмывание. Ага, будильник! Из дальней комнаты: «Не забудьте, я здесь!»  

- Ну, выходи! Опа! А кто это такой разгром учинил, печенег хвостатый?!  

На полу живописно разложены скинутые со шкафа наушники, запасные лампочки, мелконько раскрошенная пенопластовая потолочная плитка (одна штука, надрезанная, не очень-то и жалко!), … даже поваренная книга (тяжеленная, её-то как скинула?). Вот так поиграла! Ну, лампочки выкидываем, несомненно!  

 

Грустно оставаться одним. Дети взрослые: дочка в Питере доучивается, сын в армии уже год. Дуся – спасение от однообразия. Она считает себя нашей дочкой и такой же хозяйкой, поэтому ходит где вздумает, делает что захочет. Хлопочет по своему разумению по хозяйству: пыль на шкафах проверить, подоконники и навесные полки на прочность испытать, взрослых кошек «поворошить», чтобы пролежней не належали, в холодильник вместе с нами заглянуть, запасы оценить. Да мало ли дел по дому? И приласкаться, конечно. Но это только если уже сил на проказы не осталось.  

А когда особо утомляется – падает на бок прямо там, где усталость одолела: посредине коридора, перед дверью, в центре комнаты.  

- Уж обойдите, люди добрые, отдыхаю я!  

 

- Ой, держите меня четверо! Ухохоталась я вся! Покусываю эту толстуху за «окорочка», а она, как ненормальная, визжит, лапами дрыгает!  

Начинается заварушка незаметно. Тайно, можно сказать.  

Дуся прыгает на кресло к мирно сопящей «старшей подруге», обнимает её лапочкой за шею и умывает. Это только потом той, наивной, расслабленной, становится ясно, с какой целью устраивалась помывка: кусать чистую добычу намного гигиеничнее. Умывание – процесс долгий, но ведь всю-то мыть и не надо, достаточно шеи.  

- Вот так вот зубками расчешем…. Не нужно дёргаться! …Не нужно дёргаться, я сказала! …Смирно лежать! …Ах, ты сопротивляться?! А за ногу кусну?!  

 

- Что это вы тут раскидали? Пакеты, говорите? Посмотрим, что за пакеты! Так, голову – в ручку, … лапу тоже в ручку, …а дальше-то никак! Ну ничего, так даже интереснее!  

А теперь промчаться изо всех сил по длинному коридору, таща за собой раздувающийся от встречного ветра, страшно шуршащий парашют – пакет.  

- Все с дороги! Я за себя не отвечаю! Дикая я и необузданная! Эх, погнали наши городских!  

Страшно? Конечно, страшно! Вон, «старшая подруга» даже с горшка соскочила, доделывая начатое уже на ходу!  

И нам страшно: именно после таких диких игрищ на наших ногах следы когтей.  

 

Прыг – скок маршрутом кровать – тумбочка – стол!  

- Ты чего это у компьютера до темна засиделся, глаза не бережешь? Дай-ка я перед тобой вот так красивенько прилягу: голову на руку, шею на «мышку», а спиной на клавиатуру…. Вау! Заверещало-то как, запиликало! Чего это? Стоп! Рукой не шевели, мне неудобно! Я твою руку немножко коготком зафиксирую… и спою, чтобы ты эту какофонию не слышал. И гладь меня, гладь, не отвлекайся! Ах, как я вас всех люблю!  

 

- Лежите уже? А поиграть на ночь? Ну-ка с разбегу – в разрез пододеяльника! Ага, испугались! Не боИсь, матрос салагу не обидит! Когти-то я не выпускаю! Ой, кто это под одеялом шевелится? Мышь!!! Сейчас я буду вас спасать!  

Как может прыгать кошка? Скажете: сначала передними лапами отталкивается, потом – задними. А вот так, всеми четырьмя сразу на одном месте? Хохочем взахлёб! Только шевельнёшь рукой под одеялом – охотница прижимает её с прыжка лапами и тихонечко (в шутку же!) прихватывает зубами.  

 

Ночью – уже засыпаем, вдруг – шум, скрежет когтей по стеклу. Это Дуся карабкается на форточку, воздухом подышать.  

Да, иногда вместо прыжков используется и такой способ: зацепиться когтями и под-тя-нуть-ся. Задние лапы при этом активно помогают. Легче всего так залезается по утеплителю на косяке балконной двери. Любит Дуся высоту, как и её дикие родичи.  

 

Со шкафа подает огромный плюшевый лев. Всё правильно, на самом высоком месте должен сидеть вожак прайда, глава семьи, дикий и необузданный! Как же всё-таки она скидывает такую тяжесть?  

 

Всё понятно, невелика задачка! Упираемся носом и гоним к краешку стола вот эту тетрадищу в девяносто шесть листов формата А-4. Приём называется «носорог». А потом ещё и лист – зубами! Хищник же!  

 

А перед сном вдруг почувствовать себя совсем маленькой: «покогтить» плед, …сунуться в него носом, как в мамин живот и сосать, сосать, …наплевать, что молока нет! Инстинкт сильнее!  

 

Всё! Теперь спать! Завтра столько дел, столько дел!  

 

Дуся / Петров Сергей Михайлович (smpetrov)

Страницы: 1... ...50... ...100... ...150... ...200... ...250... ...300... ...350... ...400... ...440... ...450... ...460... ...470... ...480... 483 484 485 486 487 488 489 490 491 492 493 ...500... ...510... ...520... ...530... ...550... ...600... ...650... ...700... ...750... ...800... ...850... ...900... ...950... ...1000... ...1050... ...1100... ...1150... ...1200... ...1250... ...1300... ...1350... 

 

  Электронный арт-журнал ARIFIS
Copyright © Arifis, 2005-2026
при перепечатке любых материалов, представленных на сайте, ссылка на arifis.ru обязательна
webmaster Eldemir ( 0.204)