Словесной мировой стихии
Я смею вечного желать,
Но беспощадны дни лихие,
Лишь вера в счастье — Благодать.
Под флагом верности и чести,
С посулом правды на щитах,
Вне содроганий алчной мести
Идите с гимном на устах.
Не озираясь вслед сомненьям,
Направьте взоры ярких глаз
Туда, где преданы забвенью
И Бог, и подвиг, и наказ.
Всегда о падших беспокойны,
Труда подвластны куражу,
Вы — так же пламенно достойны —
Не пресекайте ту межу,
Где лай похвал подобострастных,
Где раболепство, где искус, —
И, снизойдя до всех несчастных,
Не троньте святость тяжких уз!
Не то — погибнет справедливость,
Увянет цвет былой мечты...
Но знаю: душная гневливость
Падёт пред ликом Красоты!
Что — жалкий блик шершавой меди?
Что — краткий отзвук серебра?
Когда четы господ и леди
Не зрят голодного ребра...
Умом черна, душою ленна,
Плюя на горе нищеты,
Блудница чрев самовлюбленна,
Сродни ей — гомон маяты!
Бессловный змий неистребимый
Обласкан, вскормлен, воздвижён
Не вашей мудростью пытливой,
Но вашей верою прощён...
И будут жадные — в довольстве!..
И будут бедные — в грязи!..
Но самый мученик бездольства
Протянет длань, вскричит: "Возьми!.."
Уж стоны гулкие затихли,
Уж упованье отцвело...
Но страшной бурей, ярым вихрем
Творенья бледное крыло
Подъяло пыль самой Природы,
И марш Несбывшихся вблизи!..
А там — пещеры вскрыли воды,
Плеснули горькие стези!..
...Кому-то — спячка, нам — былина,
Другим — безоблачный напев:
Как кистям рук послушна глина,
Так подчинён вам скромный блеф.
Но — не корыстно, не надменно,
А тихим монолитом слов,
Вы, словно иноки, смиренно
Вернулись к ризам, к воле снов.
И пусть каменья ранят спины!
Любой порыв — благая весть
Для тех, кто не видал вершины,
Для тех, кому тлетворна лесть...
Интриги, ропот, ложь, хуленья
Оставьте на Небесный Суд,
И да приидет к вам терпенье,
С ним дни безбурные придут.
28.10.09
Налилась кипятком голова
От такого количества солнца.
Всё резвее дневная молва
Рвётся в узкие створки оконца.
Распалённый июль, ты взалкал
В броской россыпи сцен и оттенков
Сургучом пропечатать финал,
Впиться в память коварной паненкой.*
Что ж со старта ты мир не терзал,
А к тридцатому лишь разогрелся?
Зря держал в ожидании зал:
За кулисами — августа пьеса.
Что рыдать? Скоро выгорит акт:
В угли сжарь исступлённую коду, —
Знал чтоб сменщик, продолжив контракт,
Кто здесь дока плавильной погоды!
30.07.26
*Паненка (здесь) — это особый и очень дерзкий способ
исполнения футбольного пенальти, при котором игрок
мягко подсекает мяч по центру ворот,
заставляя его лететь по навесной траектории («парашютом»)
о Ленском расстреле
Тротуаров зелёные нити,
Говор ласковый, дым фонарей.
Шла молва, что готовится митинг,
И скрипели засовы дверей.
По ночам ликовали кварталы,
Кровли жёлтые прятали сны,
И не знали беспечные балы,
Как прошения были просты...
Изваянья, фантомы, мерцанья
Окружали полуденный бой, —
И никто не приял отрицанья,
Не оставшись при этом собой.
Стал прозрачным расстрелянный вымпел
И рубах обагровленный лён —
Заприметились алые нимбы
В юных обликах вечных имён.
Им не ждать манифестов, событий,
Но — всё те же за скрипом дверей
Тротуаров зелёные нити,
Говор ласковый, дым фонарей.
18.12.09
"Сумерки, сумерки вешние..."
А. Блок
***
Слышу, как истую проповедь,
Песню заката в горах.
Хочется звуки заковывать,
Вторить, лелея в устах.
Вызволить помыслы пленные,
Долго таиться в бору,
В прошлом провидеть нетленное,
Выбраться лишь поутру...
Но без движения слушаю...
Мне ли рыдает закат?..
Разъединёнными душами
Он ли навечно объят?..
Милые, странные, чуждые
Отклики рвутся во мрак, —
Здесь — только слёзы ненужные,
Роща да чёрный овраг.
Так — обречённо и горестно —
Выцвел багряный налив.
Жутко мне слышать, как по лесу
Ветра несётся порыв.
Долго ли страх я испытывал?..
Всё ж обернулся к реке,
Вижу: там волны разбитые,
Челн-огонёк вдалеке...
21.10.09
***
И пригожая, и печальная,
Обручённая с чужой радостью...
В ком природы краса начальная,
Тот овеян недужной сладостью.
Я разме́жеван миром вдребезги,
Говорю теперь с кроткой силою:
Там, где ткутся с улыбкой верески —
И болот оскал, моя милая.
За околицей сердце прячется,
Клич обманчивый гонит в пустоши...
То моё ли сердце ребячится,
Или якорь цепкий ко дну спешит?..
04.02.10
Николай Заболоцкий – "Признание"
Зацелована, околдована,
С ветром в поле когда-то обвенчана,
Вся ты словно в оковы закована,
Драгоценная моя женщина!
Не веселая, не печальная,
Словно с тёмного неба сошедшая,
Ты и песнь моя обручальная,
И звезда моя сумасшедшая.
Я склонюсь над твоими коленями,
Обниму их с неистовой силою,
И слезами и стихотвореньями
Обожгу тебя, горькую, милую.
Отвори мне лицо полуночное,
Дай войти в эти очи тяжёлые,
В эти черные брови восточные,
В эти руки твои полуголые.
Что прибавится – не убавится,
Что не сбудется – позабудется...
Отчего же ты плачешь, красавица?
Или это мне только чудится?
1957
Засветилось смиренное утро,
И забегала сонная дрожь.
Пробуждаются взоры дворами,
Впереди себя вижу: идёшь...
Где-то в серых пролётах сознанья,
В угловатых созданьях камней
Нас сомкнуло тисками асфальта
Среди бурых шпилей-фонарей.
Мы внезапно прошли сторонами...
С высоты взволновалась печаль!
Будто грозы разверзлись над нами —
И обрушился ливневый май.
Заалела, взревела комета,
Отовсюду неиствует дождь,
И из тёмного, бурного неба
Вырывается молния-Вождь...
Он явился с блаженной мольбою, —
Воплощеньем иного тепла.
Нам предстали чудесные зори,
Всплыло явью знаме́ние сна.
"Вы мечтайте о Воле и Боге!..
Предрекаю с любовью тогда:
Будет небо для вас голубое,
Будет мягкое ложе — трава... "
22.06.09
За пропавшее не кляни,
В вожделенную ночь замани:
Под курантов ревущий бой
Объявись желтоглазой совой.
Завещали: «Ты не один!»,
Утопая в прогалинах льдин.
Подсластили: «Всё хорошо!»,
За спиною припомнив грешок.
Я отравлен, попал в капкан...
За тебя брошу внутрь стакан.
Там кощунство — где лбом в песок,
Там злорадство — где пуля в висок.
Так подайте же щедро мне —
Обелиск водрузить на луне!
Чтобы видели все и вся:
Дважды жить в этом мире нельзя.
...На дыбы встал сонливый смог.
Уж прости, если что-то не смог —
Рядом вовремя встрять плечом,
Покарать недостойных бичом...
Но уверуй в мой храм опять!
В строки те, что сумел начертать, —
Превратись в абсолютный ноль,
Или завтра вернись домой.
Все мы — вольные птицы мглы:
Кто-то в рай, для иного — котлы.
И боюсь, предстоит гореть,
Или выставить спину под плеть.
Так отринь же ты зной обид,
Замуруй его в желть пирамид, —
Пусть чужие боги возьмут
Нашу брань на решающий суд!..
15.04.09
Удивляется взор. Беспредельная магия хора
Так терпка!
Бесконечный укор в бедно-смирных ветвях разговора —
На века!
Храм поник. Вой безлик.
Хор в тени, страшный крик.
Потемнели черты,
Закрываются рты...
На исходе пассажа —
Только сажа.
В нескончаемой давке —
Я — булавка...
16.09.09
Удаль крови, смех напева —
В поволоке чёрных глаз!
Восходи в урочный час
На уступ стального древа!
Это — меч, приявший кротость
В безуде́ржности войны,
Это — луч, завитый в обруч
Перекрученной струны!
И, отринутые жизнью,
Мы постигнем глас иной,
Мчась сквозь ветра бескорыстье
С непокрытой головой...
Скажешь: "Дурно в отдаленьи,
Гнёт под кручу горный кряж..."
Я в ответ: "Ищи смиренья,
Если даже явь — мираж!"
15.09.09
Отборной рифмы по сусекам не скреби,
Коль не сочится стих витальной влагой страсти.
Там — не стоит вопрос "To be or not to be?":
Зол зуд влекущей к излиянию напасти.
Ты — царь, что раз пойдя на променад в толпу,
В ней запропал, надев костюм простолюдина.
Кому ж ты должен что? Не торопи стопу*,
Не ровен час — вновь запоёт твоя Ундина.
Копи сомнений яд и воздыханий пыл,
Для битвы должен быть предуготовлен тыл.
И покорится чтец, не рано пусть, но поздно!
Его ведёт уже мятежных смыслов нить,
Чарует граций первобытных пляс и прыть,
Которых звук запечатлел ты ночью слёзной!..
16.07.26
*Стопа (лит.-вед.) — повтор. группа слогов в стихотворной строке