Закрываю устало глаза
И кусаю янтарную грушу,
Зная, что в этот миг в небеса
Отпущу её спелую душу.
За короткую сочную жизнь
Без греха, потрясений, загадок
Тонкокожий её организм
Стал упруг и податлив, и сладок.
Она каждого может привлечь
Золотым, полукруглым форматом,
И я зубы вонзаю как меч,
Упиваясь её ароматом.
Она сок отдала, не скупясь,
Поддаваясь жестокой огранке.
Взмах руки.. В шоколадную грязь
Полетели скупые останки.
Почтальон седлает велосипед.
Почтальона нету давно на свете.
Но в одном письме запечатан слепящий свет,
А в другом письме запечатан солёный ветер.
Обгоняя ветер, в какую-то едет глушь.
Он такой невзрачный, стёршийся и прозрачный.
Там живёт жена, у которой разбился муж,
Там живёт отец, у которого сын внебрачный.
Вы сочли почтальона за ангела, за гонца?
Вы поверили мне? Посмотрите-ка, что в конверте:
Там лежит анонимка на адрес того отца.
И свидетельство о скоропостижной смерти.
И зовут почтальона Семён, ему 40 лет.
И он будет жить ещё 44 года.
Что ты смотришь в глаза, дорогой, равнодушный свет?
Что ты вертишь хвостом, моя дорогая свобода?
У моря на пляже пустом
Ты с лаем несёшься ко мне,
Смеёшься пушистым хвостом
И носом толкаешь к волне...
Но игры прервёшь, заскулив,
Когда сдавит нечто виски,
Когда ты почуешь прилив
Моей невозможной тоски.
И снова в зубах, милый пёс,
Ты ракушку мне преподнёс...
С тобой я всегда наравне,
Как будто одна у нас кровь,
С рождения даришь ты мне
Святую собачью любовь.
Любовь человека – стекло
В опасном проёме окна...
Как ласково, нежно, легко
С тобою играет волна.
Ах, если бы ты, милый пёс,
Мне счастья кусочек принёс...
Я жив, конечно же, я жив.
В банальном вымысле и лжи,
В кошмарном рае.
Я жив сейчас и буду жив –
Как солнце плавится во ржи,
Не умирая.
В горячей белой тишине
Ты тихо улыбнёшься мне,
Замрёт больница.
И в этой самой тишине
Не нужно лгать. Пора и мне
Остановиться.